Он еще глаза с бодуна не разлепил, но заметив по пояс голую меня, потрясенно и довольно вылупился, выдохнув что-то маловразумительное. Уставился так отвратительно, очень грязно, и не сводил взгляда с моей груди. Меня передернуло, я даже сдержаться не смогла и постаралась как можно быстрее натянуть на мокрое тело колючий свитер, втайне радуясь тому, что джинсы уже на мне. Мужик ощерился, мясистыми пл

ечами повел и сделал шаг в мою сторону.

– С новосельем, соседка, - двусмысленно улыбаясь, прохрипел он.
– Как на новом месте спалось?

– Прекрасно, - высокомерно обронила я, испытывая желание побыстрее скрыться с его глаз.

Этот алкаш был огромным, толстым и по силе превосходил меня.

– Недотрога, да? Ты ничего. Беленькая такая.

– Дайте пройти, - прижала к груди свои вещи, сделала шажок в сторону, стараясь, тем не менее, держать между нами дистанцию.
– Мне на работу надо.

– Ты еще и работаешь!
– приторно обрадовался мужик непонятно чему. Неожиданно резво подлетел, схватил за руку и притянул к себе.
– Хватит ломаться, бл*. Я еще вчера заметил, как ты на меня смотрела сучка. И щас тоже...Поворачивайся живо, пока я не против.

Нас разделяли мои зимние сапоги и куртка. Я каким-то образом, неестественно скрутив руку, вытащила ботинок с толстой подошвой и шандарахнула не ожидающего такой подлянки мужика по лбу. Он растерялся, локоть мой отпустил, но даже не покачнулся. Мой удар для него как для мертвого - припарка. Но я выиграла несколько драгоценных минут, вылетела из ванной и бегом кинулась к своей комнате. Алкаш взревел, бросился за мной с угрозами и трехэтажным матом, и я надеялась, что кто-то из его дружков очухается и придет в себя. Все они спали как убитые.

Но добежать до комнаты я успела. Хлопком ладони распахнула дверь, не обратив внимания на боль, и тут же навалилась изнутри. Кинула одежду, оттягивающую руки, на пол, стремительно развернулась, коленом на дверь надавила и всем своим небольшим весом навалилась сверху. За дверью раздался громовой рык, заставивший стены завибрировать, а я мокрыми пальцами сражалась с замком. Первый удар сотряс меня вместе с дверью, и я чуть не отлетела назад, в последний момент уцепившись за металлическую ручку.

– Открой, сука!
– барабанил кулаком алкаш.
– Я тебе глотку перережу, тварь! Открывай!

Со спины на меня что-то навалилось, и мне потребовалось полминуты, чтобы осознать, что это Антон. Он, щелкнув меня по пальцам, убрал мои руки с замка, и закрыл его в три поворота.

– Мужик, иди проспись и опохмелись, - громко, но спокойно посоветовал Антон.

Урод за дверью отозвался невыносимой бранью, но барабанить перестал, а потом его шаркающие шаги удалились в глубине квартиры.

Мой сосед отошел и невозмутимо принялся одеваться. Я же с облегчением прислонилась спиной к двери и выдохнула.

– Спасибо, - отдышавшись, поблагодарила я.

Антон кивнул, приняв мои слова к сведению, надел толстовку и сказал:

– Не за что.

Как только я пришла на работу, ко мне подошел Рафик.

– Ну как?
– с жутким акцентом спросил он.
– Сходила к Лёне?

Я невозмутимо кивнула.

– Сходила.

– Жить у нее будэшь, да?

– Да. Рафик, спросить хочу.

– Чэго тебе?

– Ты не знаешь, где можно нож хороший купить?

Он заинтересованно изогнул густую черную бровь.

– Нож? Бутафорский тэбе? Чтобы пригрозить, нет?

– Настоящий. Чтобы пригрозить.

– Убить?
– вопросительно уточнил Рафик.

– При необходимости, - кивнула.

Он причмокнул губами, поразмыслил немного и дал отмашку.

– Ну пошли. Будэм подбирать.

Глава 42.

Жизнь текла. Январь сменился февралем, мороз слегка поутих, и снег начал потихоньку таять. Я по-прежнему работала у Рафика, старалась перебиваться лишь теми деньгами, что он мне платит. От денег, которые мне оставил Слава перед своей бесславной смертью, мало что осталось. Две трети пришлось потратить на нож - добротный, с удобной, как влитой в ладонь рукояткой и широким острым лезвием. Половина оставшейся трети ушла на необходимые бытовые мелочи и минимум одежды. Покупала там же - на черкизоне, и мне, как своей, даже пару раз сделали скидку, которую, если признаться честно, я выбила почти силой.