— Раритет, — поддакнул Андрей.

— В о-во, раритет, — покосившись на него, передразнил майор. Он вернулся к столу, сел и снова направил на себя вентилятор. — Так вот, заметил Петр Маркович вчера одного подростка. Паренек, видать, интеллигентный, в очках, и у магазина впервые. Петр Маркович к нему: дескать, что желаете обменять, молодой человек? Молодой человек протягивает ему вот эту монету и говорит, что желает ее обменять на серебряный полтинник тысяча девятьсот двадцать четвертого года выпуска. Что подумал Петр Маркович?

Что парень не знает, что в руках у него серебряная монета, — быстро, как на уроке, ответил Андрей.

— Правильно. И что еще подумал Петр Маркович?

— Что монета эта не его, — так же увлеченно и быстро проговорил Андрей.

— Соображаешь, — удовлетворенно хмыкнул Дутиков. — Вот Петр Маркович и попросил у паренька эту монету на денек и обещал сегодня дать ответ, найдет ли он необходимый полтинник. Потом пришел сюда и попросил приглядеться к пареньку, о чем я соответственно и прошу тебя, ясно? Ведь можно предположить, что эту монету он...

— Стащил у кого-то, — радостно докончил Андрей. — Иначе бы он знал, что этот рубль серебряный.

— Пожалуй, — согласился Иван Семенович. — Впрочем, сначала надо это аккуратно проверить, чтобы ненароком не оскорбить парня. Ведь незаслуженная обида может оставить шрам на всю жизнь. Разве мало бывает обид из-за поспешных выводов некоторых ретивых следователей? А если он просто нашел эту монету?

— Серебряный рубль в Петровскую эпоху на дороге не мог валяться, — скептически заметил Андрей. — За него лошадь можно было купить. А уж в наше время такая редкость тем более валяться не будет.

— Могут быть всякие случайности, поэтому будь поделикатнее, — сказал Дутиков. — Проще всего было паренька сюда пригласить Но, повторяю, не хочу его оскорбить подозрением. И с другой стороны, можно и спугнуть официальным допросом. Вдруг за его спиной действует...

— Банда! — восхищенно высказал догадку Андрей.

— Стоп! — неожиданно командным голосом произнес Дутиков, хлопнув огромной ладонью по столу, так что подпрыгнул вентилятор. — А ну, верни коробочку!

— П-почему? — испуганно спросил Андрей.

— Тебя куда понесло? Какая банда? Ты, может, и пистолет возьмешь на встречу?

Андрей покраснел, поскольку, если честно, такая мыслишка у него шевельнулась.

— Разве я не могу версию выдвинуть? — пролепетал он. — Вот и вы сами же сказали...

— Что я сказал? — нахмурил брови Дутиков.

— Что за его спиной действует...

— Вечно ты не дослушаешь и торопишься с выводами, — уже остывая, назидательно сказал Дутиков. — Я имел в виду этот самый полтинник тысяча девятьсот двадцать четвертого года. Зачем он ему, как думаешь?

— Может, для коллекции? — предположил Андрей.

— Вряд ли, — не согласился Иван Семенович. — Явно, что парень — новичок.

— Так все когда-нибудь начинали, — философски заметил Андрей.

Дутиков усмехнулся:

— Это ты прав. Но почему именно полтинник, и именно этого года?

— Просто начал коллекцию собирать с советских монет. Это же легче для дебютанта.

— Не исключено, — вдруг согласился Иван Семенович, но тут же, хитро прищурившись, заметил: — Однако может возникнуть другая версия... — И, увидев вновь вспыхнувший огонек азарта в глазах Андрея, нарочито испуганно добавил: — Я говорю — может быть. Не есть, а может быть, уяснил разницу?

— Так какая же? — нетерпеливо спросил Андрей.

— За полтинником этим может очень интересная ниточка потянуться. Серебро, которое в них содержится, очень умельцами ценится. Сейчас в моде ювелирные изделия из серебра, соображаешь? Так вот, умельцы, имея такой полтинничек да набор полудрагоценных камней, топаза или бирюзы, такие гарнитурчики делают, что если не красивее, то, во всяком случае, оригинальнее, чем в магазине. А модницы как раз обожают не стандартное, а нечто индивидуальное, поэтому за ценой не стоят...

Лицо Дутикова при этих словах помрачнело, а Андрей поинтересовался:

— Откуда вы так хорошо знаете?

— Жена недавно через знакомую кольцо, серьги и кулон приобрела, сколько заплатила — страшно сказать. И еще хвастается, что сделано, мол, все из одного полтинника.

— Так вы предполагаете, что пацан ищет для какого-то умельца?

— Вот именно.

— Что ж тут незаконного? Народные промыслы у нас поощряются.

— Правильно. Однако ты же указ о нетрудовых доходах знаешь. Этот умелец наверняка никаких налогов не платит. Дамочки его не выдадут, ведь заказы он выполняет только через хороших знакомых, а вот с сырьем туговато. Сам «светиться» среди нумизматов не захотел, вот и подослал мальца. Как версия?