расположенным. Я с самого начала, будучи еще в

Константинополе, при конференциях бывших поступки и требования аглин-

ского министра Шмита заметил; с того ж самого времени начинали

они нас рассортировывать в разные места, дабы не могли успеть

в каких-либо важных предприятиях. Таковое замечание есть

весьма справедливо, что впоследствии и в разных их

требованиях в разные времена весьма было заметно; во все места

требовали они нас в развалочку2, и кто требовал, все один другому

сами себе противуречили, а особо в то время, когда взяты нами

острова, прежде бывшие венецианские, а оставался Корфу

блокированный; предвидели они, что без всей соединенной нашей

ескадры по недостатку у нас войска не можем ее взять, тогда

все меры со всех сторон употреблены были. Требовали от нас

разных отделениев весьма не дельно и ненужных, словом

сказать, желали всегда приводить в расстройку и невозможность.

Петр Кондратьевич Карцов также весьма ими не хвалится, а

теперешний поступок Трубрича можно назвать весьма неприятным

и даже дерзким. Похоже ли освобождать французов изо всей

Римской области в то время, когда ескадра нарочно для того

пришла в Неаполь, и войска от меня посланы к Риму и Чивита-

Векки, и могли бы взять их силою. Дело, которое он и маршал

Буркард на себя взяли, ежели бы я в сие время послал от себя

барабанщика и обещал бы им такую капитуляцию и чрез него

можно бы сие сделать, столь французы сробели нашего приходу

и предприятия, чего они уже давно опасались и об том знали.

В прочем имею честь быть.

Поспешите с войсками, вам вверенными, следовать к Риму,

как вам от меня предписано; и ежели не застанете вы там фран-

цузов, буде они, устрашась войск наших, следующих в Рим,

ограбив все драгоценности и богатство, также и пограбленные

богатства из Неаполя забрав с собою, искав своего спасения,

избегая от рук войск наших, противу их следующих, из Рима

ушли, или кем-либо, не имея войск и сил достаточных, под

видом капитуляции выпущены, но тем Рим не избавлен от

французов, но французы избавлены из оного и спасены от рук

наших войск, противу их следующих (сие ясно в случае

потребности объявить можете, облича притом поступки противу нас,

несоответственные искренности и дружбе, с нашей стороны

употребляемой); а что сей столичный город римского владения и

крепость, в нем состоящая, от неприятелей не освобождены и

находятся теперь в наивяще худых обстоятельствах, тревоге,

беспокойствах и опасности, требует и ожидает к своему спасению

регулярных войск, под вашим начальством к нему следующих на

вспоможение, как из приложенного письма кардинала Руффо,

наместника королевского, в копии к вам препровождаемого,

явствует. Рекомендую для скорейшего спасения от разорения и

взятия оной от неприятелей: должны вы, как наивозможно, походом

к нему поспешить и исполнить, как следует по долгу службы и

обстоятельствам, соблюдая при том честь российской нации и

пользу всемилостивейшего государя нашего императора. Вы в

состоянии все оное исполнить и спасти Рим от бедствиев

настоящих; потому и должны во всем иметь пред прочими важнейшие

преимущества; ибо я сверх исполнениев высочайших мне

предписаний его императорского величества имею настоятельной

просьбою и требованием его королевского величества Обеих Сицилии

полную доверенность, которою и войска неаполитанские, при

действиях против Рима находиться имеющие, поручены в мою

команду и распоряжение, следовательно, и не должны они ничего

противного совершенной дружбе предпринимать своевольно,

а, напротив того, исполнять то, что объяснено от меня в двух

письмах к господину маршалу Буркарду, с вами

препровождаемых, которые извольте доставить к нему сохранно. По получении

сего чрез нарочного курьера благонадежные средства к сему

доставлению иметь будете вы от начальников неаполитанских