Пока же двенадцатилемеховый плуг Т55 по целине тащил легко. Все равно надо пахать поля под пшеницу, капусту, морковь и земляной клубень похожий на земную картошку, но несколько другого вкуса. Мне не только рабочих, но и пленных кормить надо круглый год по три раза на дню.

Из пленных выделили постоянную сельхозбригаду. Остальным трудиться на поле разрешали кратковременно, в качестве поощрения за хорошую работу. Отдых для крестьянской души. Еще Генри Форд придумал после семи месяцев на конвейере отправлять своих рабочих — бывших фермеров, на три месяца попахать на селе. В качестве отпуска! Если такое в Америке работало, то почему у меня не сработает?

И вот тут-то мы вместе с инженерами из экспериментального цеха РДМ поймали свой день славы. И почти благоговейного внимания от пленных, подавляющее большинство которых были в мирной жизни крестьянами. Я даже ругать никого не стал, что бросили работу. Все потрясенно смотрели, как вонючая железяка разом, лязгая гусеницами, легко заменяет дюжину пахарей и двадцать четыре вола. Лошадь целину пахать здесь никогда не ставили — надорвется.

Боронили поле трактора также без напряга.

На что планировали на неделю и кучу занятых, сделали за день. Двумя тракторами.

За рычагами сидел я сам — никому первую пахоту не доверил. И такой кайф словил… Дома это была работа, а тут наслаждение оргиастическое.

Заодно разметили площадки для элеватора — он тут уже придуман до меня на паровом ходу, паровой мельницы и зимнего овощехранилища. Хлеб пока все пекли сами в лагерях в обычных печах. И на себя, и на вольняшек. Но на перспективу я оставил в плане квадратик для хлебозавода. Если фешенебельный район обслужат малые пекарни с их разнообразным ассортиментом, то снабжение пролетарских кварталов лучше централизовать и поставить хлебные магазинчики на пути от работы до дома.

За генеральный план города архитекторы получили рецкое подданство, а я гражданское звание коммерции советника, которого нет в официальной Табели о рангах, но по отдельному императорскому указу дающее генеральский почет и право отзываться на 'ваше превосходительство'.

Специально такое звание введено для купцов и фабрикантов еще полвека назад для того чтобы спесивые дворяне не могли нагибать нужных монарху предпринимателей.

Теперь я не военный.

Теперь меня можно и возвысить, несмотря на молодость. Зависти у аристократии это не вызовет. И точно. Придворные герцога стали меня за глаза дразнить 'коммерции камергером'. Я не обижался. Очень точная формулировка того что я делаю при герцоге.

К нам в Рецию не только пленных зимних царцев нагнали, но и вывели на переформирование удетскую кавалерийскую дивизию, которая их и конвоировала.

Надо ли говорить, что свежеиспеченный имперский рыцарь и генерал — лейтенант кавалерии Бьеркфорт был этим страшно недоволен. Еще бы… его дивизии предписано сметить в тылу отогузов на охране пленных. Граф просто рвал и метал.

Отогузов отправляют на фронт. Ибо не фиг в тылу окапываться… А герои — кавалеристы получают заслуженный отдых.

Официально в документах это называлась ротацией. И обосновывалось необходимостью восстановления сил удетским конникам после предельных для организма испытаний зимним рейдом.

Столкнулся я с генералом во Дворце, где он представлялся герцогу по поводу нового назначения. Раз в месяц был такой публичный раут, требующий присутствия всех придворных. Обычно мне удавалось такие мероприятия сачковать и герцог особо не настаивал на моем обязательном присутствии, но… В тот день еще и представлялись Ремидию, будучи во Втуце проездом в имперскую столицу, послы винетского герцога — граф Моска и мессир Ова. А это уже совсем другое дело.

Моска — сухой старик с совершенно лысой головой, лишь с редким седым пушком за ушами, но подвижный как юноша. А взгляд как у карточного шулера. Никак что-то выхмурять у императора едет. Союзничек…

Ова — полная ему противоположность молодой, чернявый, кудрявый, кареглазый подбородок синий от слегка проступившей щетины, хотя зуб дам, что брился он не позже сегодняшнего утра. На вид увалень увальнем. Но как мне кажется первое впечатление об это человеке обманчиво. Дураков послами не посылают. А этот еще и крупный коммерсант.

Я старался, как всегда на таких мероприятиях, в укромном уголочке прикинуться ветошью. Ну, так… золотом расшитой ветошью…

Как раз к этому дню втуцкие златошвейки закончили вышивать мне парадный камергерский мундир. Темно — малиновый сюртук почти до колен. Спереди расшит золотом — виноградной лозой и ветками дуба. Сурово так расшит, воротник и вся грудь плотно начиная от плеч заканчивая и ниже пояса. Так что из орденов я одел только Рыцарский крест на шею. Остальные все равно среди такой богатой вышивки затеряются. Сзади хвала ушедшим богам вышивка только клапана карманов. Карманы высокие почти на пояснице и больше никаких карманов на мундире нет. Брюки белые на штрипочках под каблуком натянутые.