— Перед тобой императрица. Неужели ты думаешь, что за ней никто не придет? Поторопись увести своих последователей подальше в пески, иначе триарии Наминая никого не оставят в живых, — уведомил его советник.

После чего, совершенно не опасаясь нападения, подошел ко мне, помог встать и повел к выходу.

Я же остановилась уже возле шторы, обернулась и спросила Алиаса:

— Вы назвались магом жизни. Что это значит?

— Великолепно! — воскликнул мужчина. — Ты даже не знаешь о нас! Беги от них, девочка, иначе тебя ждет та же судьба, что и мою племянницу.

Карай увлек меня к выходу, не позволив спросить еще что-либо.

— Нам нужно поспешить. Анторин наверняка уже пришел за нами, — поторопил советник.

— Сейчас у тебя еще есть шанс самому рассказать о тайнах магии. Потом я буду искать ответы в другом месте, — предупредила мага, удаляясь вместе с ним от маленького становища пустынных кочевников-отшельников. А судя по тому, что один из них обмолвился о магии жизни, эти люди и были так называемыми проклятыми.

— У меня будут и другие возможности посвятить тебя в несущие смерть тайны, — усмехнулся Карай.

— Но сейчас я еще готова услышать правду от тебя. Потом, возможно, мне уже будет не интересно твое мнение. — Отчасти во мне сейчас говорила обида. Хотя за что обиделась на советника, я не смогла бы сказать.

— Не спеши с выводами, милая, — попросил Карай. — И не ревнуй к прошлым увлечениям, — добавил он язвительно.

— Я не ревную! — возмутилась, чувствуя себя весьма неловко. Мне сейчас как никогда были необходимы рассудительность и объективность.

Карай остановился, развернул меня к себе и, заключив мое лицо в свои ладони, заговорил таким тоном, что я просто не смогла не поверить.

— Я обязательно расскажу тебе все, что только пожелаешь. Но не здесь и не сейчас, — доверительно произнес он. — За нами уже идут, я их чувствую. Будь умницей и, если спросят, скажи, что потеряла сознание во время переноса туманом и ничего не видела.

— Хорошо, — согласилась скорее из-за желания избавиться от рук мага на своих щеках, чем от сознания неуместности данного разговора.

За нами никто не последовал, напротив, маги в белых балахонах собрались все вместе и отправились в противоположную сторону. Вопреки ожиданиям, шли мы недолго. Вокруг не было никаких ориентиров, но Карай вдруг остановился и проговорил:

— Дальше не пойдем, уже близко, они сами нас найдут.

— У меня есть еще силы, — заверила я советника, хотя подозревала, что это он подпитывает меня магией и защищает от зноя, и сам знает о моем самочувствии.

— Запах, — пояснил Карай. — Ты пока не чувствуешь вонь, исходящую от останков, но если мы пойдем навстречу магистрам, то непременно почувствуешь.

— Но так же будет быстрее! Чем скорее мы встретимся с ними, тем скорее уберемся отсюда. Я потерплю, — заверила и снова пошла вперед.

— Ты не прекращаешь меня удивлять, — произнес советник, догнав меня.

— В последнее время я и себя постоянно удивляю, — ответила неохотно. — С каждым днем становлюсь все глупее и неосмотрительнее.

— В этом и заключается человечность. Мы еще способны на импульсивные поступки, а значит, можем жить не только чувством долга и обязательствами, — философски изрек Карай.

— Не в этом ли наша слабость? — спросила отвернувшись, чтобы не выдать свое смятение.

— Пусть так, я готов быть слабым, — тихо ответил мужчина и попытался взять меня за руку.

Отдернула руку и отступила от него подальше, прежде чем сказать:

— А я не готова, не сейчас.

— Ну что ж, я подожду. Но учти, я не отличаюсь долготерпением, — усмехнулся маг. — А вот и наши спасители! — Он указал на расплывающиеся в мареве фигуры на вершине песчаного холма. — Теперь остается только подождать, пока они будут выстраивать портал.

После чего советник устало опустился на песок и прикрыл глаза.

— А разве ты им не поможешь? — спросила удивленно.

— Нет, сил почти не осталось, — ответил маг, поморщившись.

— Но ты же сказал этому магу, Алиасу, что восстановился! — Я даже подошла ближе, вглядываясь в Карая. Вид у него действительно был плачевный.

— Блефовал. Осудишь? — поинтересовался советник.

— Нет, поблагодарю, — покачала головой.

— Позже поблагодаришь, — отмахнулся он.

По возвращении во дворец меня отправили отмываться и отдыхать, проигнорировав возмущение, а Карай и Анторин удалились обсуждать дела, которые, как они выразились, меня не касаются. Зарину советник одарил не предвещающим ничего хорошего взглядом и пообещал позже с ней побеседовать.