– Проклятье, Жак! Что вам от меня нужно?!

– Девушка… Вы ударили ее?! Неужели вы не смогли удержаться и…

– Полагаешь, это так просто?!

– Вы меня не так поняли, шевалье… – растерялся я.

– Я все прекрасно понял! – Орландо резко поднял голову и оскалился. – Я прочитал не один десяток книг, посвященных черной и белой магии! Читал труды восточных мудрецов, посвятивших свою жизнь изучению таких тварей, как я! Изучал жития отцов-экзорцистов, известных своими подвигами! Во всех книгах, будь они прокляты, заключена лишь малая часть страшной правды! – Он уже не говорил, а рычал. – Большинство ученых мужей, которые известны и почитаемы в христианском мире, не знают и половины того, что знаю я! Ты понял?!!

– Сударь, я не имел в виду ваш недуг…

– Пошел вон отсюда, щенок! – рявкнул де Брег. – Вон, пока я не свернул тебе шею!

Не успел опомниться, как выскочил из его покоев и привалился к стене, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. Не понимал, что происходит с де Брегом. Не понимал, пока не вернулся в свою комнату и не подошел к окну. На небе висела полная луна, отливающая холодным светом.

Полнолуние… Ночь всех проклятых.

На следующее утро я спустился во двор и начал седлать лошадь. Падал снег, и замок, потерявший своего господина, словно вымер. Не самая приятная картина… Слуг не видно, а старик управляющий слег в постель и почти не выходил из комнаты.

Как бы там ни было, но поручение о покупке кольчуг осталось невыполненным. Не успел я оседлать свою кобылу, как в дверях конюшни появился де Брег. Его жеребец, вопреки обыкновению, не стал выпрашивать лакомство, а всхрапнул и даже попятился. Злоба… Она чувствовалась так ясно, словно над землей висела пелена черного тумана.

– Если вы ждете моих извинений за вчерашнюю грубость, то не дождетесь.

– Бог вам судья, сударь… – кротко заметил я, затягивая подпругу.

– Вперед! – Шевалье поморщился и поднялся в седло. Мы выехали из замка и некоторое время шли шагом, разогревая застоявшихся лошадей. Наконец я не выдержал и спросил:

– Причина вашей злобы связана с полнолунием?

– Не лезьте в чужие дела, Жак! – оскалился де Брег. Он выругался и сорвался вскачь. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Вскоре он придержал своего жеребца и пошел легкой рысью.

– Поверьте, я бы хотел вам помочь, – торопливо начал я, когда лошади поравнялись, – но не знаю, каким образом это сделать. Вы можете браниться сколько угодно, но это не изменит моего отношения. Тем более что вы были ранены и едва начали поправляться. Мне помнится из наставлений брата-инфирмария, что такие раны весьма опасны и нуждаются в постоянной привлекающей силе, дабы болезнь не вернулась. Что же касается привлекающей силы, то нужда в теплоте у нее сильнее, нежели в сухости, ибо теплота помогает для привлечения питательных веществ…

Я по памяти повторил эти поучения монастырского лекаря, хоть и опасался, что шевалье поднимет на смех мои штудии, а то и вовсе разразится очередной бранью. К величайшему удивлению, он внимательно выслушал мои замечания и кивнул:

– У вас прекрасная память, Жак, и наставления брата-инфирмария не прошли даром. Что касается моего… недуга, то лучше бы мне оказаться где-нибудь подальше, дабы не обижать людей своей грубостью.

– Поэтому вы один раз в месяц уходите из Баксвэра? – догадался я.

– Есть небольшое убежище, где я могу переждать этот приступ. Когда боль становится невыносимой… – Он замолчал и невольно дотронулся до груди, где носил тот самый нож.

– Вам нужно отдохнуть, шевалье.

– Наши дела обернулись скверным образом! Я не могу себе позволить сидеть у камина и пить красное вино, которое советуют принимать при ранах. Сегодня мы нанесем визит не только оружейнику, но и знахарю.

– Знахарю?

– Врачевателю, – пояснил де Брег. – Не знаю, является ли он поклонником многомудрого Абу Али ибн Сины, более известного как Авиценна, но мне необходимо пополнить запас трав и купить новые, которые нужны для скорейшего выздоровления. Этот стрелок, раздери его дьявол, изрядно испортил мою шкуру. Старый дурак…

– Вы упоминали, что он не связан с этими убийствами. Это ваш личный враг?

– Вопрос, сударь, не касается наших дел, – сухо заметил де Брег, – но вы явили отменную храбрость и добрую товарищескую взаимопомощь, чтобы я мог взять и отмахнуться от этого вопроса. Посему готов вам ответить. – Он немного помолчал и скривился. – Этот человек поклялся отомстить мне за смерть своего сына, которого я убил пять лет тому назад. Убил в честном поединке. С тех пор он пытается меня уничтожить.

– Вы дрались на мечах?

– Эх, Жак… Будь на вашем месте другой человек, я бы кивнул не раздумывая, но после всех наших приключений не буду лгать. Я убил его в образе зверя.

– Зверя?!! Простите, шевалье, но как это могло быть честным поединком?!

– Убитый юноша находился в облике волка-оборотня, – пояснил де Брег. – Оборотня, который напал на невинную… невинного человека и чуть не разорвал его в клочья. Будь у меня возможность остановить его иным способом, я бы обязательно это сделал, но он не сумел сдержать жажду крови. Молодой и глупый зверь. Увы, мой друг! Увы…