Я перевожу взгляд на фотографию Дмитрия. Он здесь переходит улицу, на нем военная форма, волосы в полнейшем беспорядке, он выглядит так, будто спал всего два часа в сутки, уставший и измотанный, но, несмотря на это, на его губах мелькает ухмылка.

– Боишься, что не справишься? Ты говорила, что жила в Содержательном доме, может, я ошибся, решив, что у тебя должен присутствовать навык соблазнения?
– Джеминг приподнимает бровь.

Я обдумываю предложение. Это именно то, что я собиралась сделать самостоятельно. Втереться в доверие, стать частью Совета, но полагала, что Мятежники найдут для меня работу посложнее, что-то более существенное.

– Они ничего не говорят мне, не выдают особо важной информации, все планы я узнаю за час или полтора до начала их реализации, - произнеся это вслух, я понимаю, что на самом деле являюсь бесполезной.

Мне никто не доверяет ни среди Безлицых, ни со стороны Мятежников. Я не самый лучший союзник.

– Ты должна завоевать их доверие. Я не прошу тебя стать среди них своей, но если ты найдешь правильный подход к Дмитрию, он может стать твоим оружием, - Джеминг протягивает руку.
– Заключим сделку, поскольку ты входишь в состав Совета, тебя считают нашим врагом, но если ты поможешь нам, я дам тебе уйти после того, как мы покончим с ними.

Он словно читает мои мысли, поскольку я планировала уничтожить Совет, а затем исчезнуть. Я протягиваю руку, но прежде чем пожать его, останавливаюсь.

– Вы не рассказали, что именно собираетесь с ними сделать.

– Это не твоя забота, - его властный тон, дружелюбная улыбка и пристальный взгляд говорят мне о том, что я играю в опасную игру.

– Вы такой же, как она, - мужчина вопросительно приподнимает бровь, - моя мать.

Он терпеливо ждет, что я продолжу осуждать его, но это было бы ошибкой. С такими людьми нужно всегда быть начеку. Я еще раз обдумываю наш разговор и принимаю решение, о котором, возможно, пожалею в будущем.

– Можете делать с членами Совета все, что хотите, я помогу вам добиться их полного поражения, но вы должны гарантировать мне безопасность. Власть интересует меня в последнюю очередь, единственное, что я прошу, это собственную свободу. Вы и ваши люди позволите мне скрыться после того, как я выполню вашу просьбу.

– Теперь ты должна сделать все, что в твоих силах, - мы скрепляем наш уговор рукопожатием.

В течение следующего получаса Джеминг и Никита посвящают меня в планы Мятежников. Они не вдаются в детали, но у меня складывается приблизительная картина действий. Мятежники хотят напасть на членов Совета, когда те будут в сборе, но они не знают, когда это случится и где. Так же на макете они показывают расположения мест, в которых с ними можно связаться, чтобы передать информацию или получить задание.

– Ты все поняла?

– Сблизиться с Дмитрием, что тут может быть непонятного, - отвечаю я, думая о выполнении плана.

Мне придется притвориться его другом, а, возможно, даже влюбить в себя. Джеминг говорит, что такая связь гораздо крепче, а проделать этот трюк с Дмитрием не составит труда. Невольно я сравниваю себя с Алексом, кто два года назад сделал то же самое со мной. Он завоевал мое доверие, не приложив особых усилий. Если быть честной, то я и не сопротивлялась. Люди склоны к вере в лучшее, надежда живет в нас до самого конца, и именно благодаря ей, мы не рассыпаемся на части, когда теряем все, включая собственное сердце.

– Готова вернуться?
– спрашивает Никита, на что я киваю. Я надеюсь, что возращение в Зимний дворец будет безболезненным, но внутреннее чутье подсказывает, что я заблуждаюсь.

– Я должен тебя вырубить, поскольку тебе нужно алиби. Мы отвезем тебя обратно, оставим неподалеку от того места, где забрали.

– А если меня не найдут?

– Наши люди присмотрят за тобой, до тех пор, пока тебя не обнаружат, - Никита подходит ко мне ближе, ее глаза блестят, уверена, что ему доставит неописуемое удовольствие взять на до мной реванш за нашу стычку во время рейда комиссаров.

Я делаю глубокий вдох и зажмуриваюсь, готовясь к удару.

– Еще увидимся, - Никита издает короткий смешок, а затем я чувствую внезапную боль, словно моё лицо разбили на части.

Я просыпаюсь от необузданной жажды, не сомневаюсь, что могла бы осушить озеро. Я пытаюсь открыть глаза, но поддается только один, второй отек от удара. Виски пульсируют от боли. Все тело ноет, а голова раскалывается, кажется будто по мне проехался танк. Вокруг тёмно, и я не сразу понимаю, где нахожусь. В нос ударяют запахи стирального порошка и свежести, ноги путаются в шелковых простынях. Я вожу ладонями по ним, чувствуя каждую царапину от падения.

На лице появляется глупая улыбка, когда я припоминаю, в результате чего получила удар по лицу, мне удалось договориться с Мятежниками. Я провожу рукой по волосам и облегченно вздыхаю, с трудом верится, что я смогла добиться встречи с ними.

Звук шагов заставляет меня забыть обо всем. Я напрягаюсь, дыхание учащается, сердце бьётся чаще. Я прислушиваюсь, в темноте невидно лица, но в стороне мелькает силуэт. Я не двигаюсь, человек приближается.

Не теряя времени даром, потихоньку приподнимаю простынь до уровня груди. Шаги тяжелые и, судя по силуэту, это мужчина. Не хочу думать о том, что это может быть Дмитрий. Он бы не стал подкрадываться. Тревожное чувство растекается по телу, как кровь по венам.