Рядом с гардеробами можно было увидеть маленькую прикроватную тумбочку из дерева, на ней стоял круглый ночничок с тёмно-синим абажуром. Возле него лежали какие-то записи, и стояла белая кружка.

Широкая кровать была двуспальной, с красивым резным изголовьем, она была аккуратно застелена чистым бельём: пуховым одеялом в розоватом накрахмаленном пододеяльнике, сероватой простынею и двумя взбитыми подушками, между которыми сидел старый мягкий медвежонок. В комнате крохотная ванная, точно такая же, как и в номере гостиницы, где я ночевала прошлой ночью. Только здесь было куда уютнее с полками для полотенец, тазиками со средствами для стирки и уборки.

В нижнем углу каюты располагался потёртый холодильник с мятой тяжёлой дверцей и круглый обеденный стол. Там же к стене была прикручена маленькая полка для припасов, а рядом стоял стеллаж для посуды.

Я прошла в комнату, где освещением служил ряд ламп, похожих на прожектора, располагающийся над кроватью. В комнате помимо запаха металла можно было почувствовать какой-то отдалённый запах духов, смешанный с лекарственным запахом. Я вздохнула и, осматриваясь, прошла в середину помещения, отец зашёл за мной и прикрыл дверь.

– Я сейчас должен буду пойти к Мэдисон, а ты отдохни пока, ладно, солнышко?
– спросил он ласково, устало прикрывая глаза.

Я кивнула, почесав щёку, и улыбнулась в ответ. Отец вышел из комнаты, а я достала из рюкзака футболку и переоделась. Если честно, мне было ужасно неудобно ложиться в кровать доктора Ли, но усталость так сильно давила на меня, что я едва могла думать о чём-то кроме сна. Я практически сразу уснула, как только улеглась в мягкую, пахнущую духами или чем-то таким приятным постель, и заснула.

Я проснулась от того, что кто-то очень осторожно убирал прядки волос с моего лба. Я едва приоткрыла глаза, сощурилась и тут же отвернулась, уткнувшись лицом в подушку.

– Кайли, нам пора, слышишь?
– тихо спросил у меня папа.
– Я знаю, что ты устала, милая, но ждать больше нельзя.

Отец уже переоделся в старые джинсы и свитер, поверх которых одел дорожный плащ. Его волосы были взъерошены, а лицо было взволнованным и усталым. Папа сидел на самом краешке кровати, глядя на меня. Я улыбнулась ему и облегчено выдохнула, осознавая, что мне не снились кошмары, и что я проснулась не там, не в Транквилити-Лейн, а реальном мире.

– Который час?- хрипло спросила я спросонья, зевая и начиная тереть глаза, чтобы хоть как-то разлепить их.

Мои конечности едва двигались, отяжелевшие и расслабленные. Сонливость так сильно давила на меня, что я едва могла соображать. Честно говоря, мне сейчас ужасно хотелось на всё наплевать и снова заснуть, особенно учитывая то, что кровать доктора Ли оказалась самой удобной и мягкой кроватью на свете.

– Уже девять. Мы с Мэдисон полностью собрали её команду и теперь готовы выдвигаться, - сообщил мне отец.

Я мельком взглянула на него и заметила, что его лицо стало каким-то серым, глаза потускнели, а тени под глазами стали заметнее.

– О, тогда, я...мм...уже иду, - всеми силами заставляя себя подняться, сказала я, по-прежнему моргая и пытаясь отогнать сонливость.

Это было практически невозможно. Отец усмехнулся и взял меня за плечи, помогая привстать на кровати.

– У тебя есть двадцать минут, чтобы спокойно собраться. Можешь не торопиться, спускайся вниз и выходи на улицу. Кстати, я принёс тебе кое-что поесть и лекарства...
– как можно незначительнее сказал отец, отводя глаза и быстро вставая с кровати.

Если он надеялся, что я пропустила последнее мимо ушей, то очень зря.

– Пап, какие ещё лекарства, а?
– понуро спросила я, почесав щёку и хмуро глядя на слегка растерявшегося отца.

Наконец-то я начала хоть чуть-чуть просыпаться, хотя ощущение, что меня сейчас вырвет от усталости так и не исчезло. Всё тело ныло, желая проваляться в кровати ещё много часов.

Отец неловко покачал головой, он сунул руки в карманы своего белого халата и тяжело вздохнул, глядя на меня.