– Милая, ты столько времени находилась на пустошах, а твой иммунитет ещё не привык к таким нагрузкам со внешней стороны.
– Папа пожал плечами.
– Ты находишься вне карантина Убежища уже долгое время, надо кое-что выпить, чтобы поддержать иммунитет. Ты же не хочешь валяться с температурой? Я вот, например, уже тоже принял все необходимые лекарства.

– Папа, ну начинается!
– вяло хлопнула руками по одеялу я, кидая возмущенный взгляд на родителя.

– Без разговоров, - строго отрезал отец, поворачиваясь и направляясь к выходу из комнаты.

Перед тем, как закрыть за собой дверь, он снова повернулся ко мне и со строгим видом указал на меня пальцем.

– И обязательно прими Антирадин, я уже проверил уровень радиационного заражения по твоему Пип-Бою - сейчас всё стабильно в норме, но принятие лекарства будет полезной профилактикой.

Я открыла рот, чтобы возмутиться, но не успела ничего сказать, так как дверь закрылась. Я осталась одна в комнате. Улыбнувшись, я покачала головой с осознанием предстоящей тщательной заботы обо мне и радости от того, что отец наконец-то вернулся.

***

Я неслась по коридорам Ривет-Сити к выходу. У меня всё жутко болело, но я спешила, что было сил, потому что не хотела огрести от доктора Ли и Рэя за свою медлительность.

Тяжёлая металлическая дверь хлопнула за моей спиной, и я очутилась на улице, где пахло грязной водой и далёким ветром. Чистое небо серо-голубым полотном расползлось над головами, собирая на себя пуховки облаков, город вдали возвышался пустыми обрушенными зданиями и прогнившими рекламными плакатами.

Я вышла к трапу, откуда хорошо были видны широкие ржавые мостки Ривет-Сити.

Доктор Ли стоял на трапе вместе с другими учены из её лаборатории. Ли была одета в свой белый халат, под которым был теперь полинявший светло-зелёный свитер с высоким горлом вместо светло-голубой рубашки. Вместо туфель на ней теперь были изношенные сапоги.

Лицо Мэдисон было уставшим, тёмные раскосые глаза были чуть прикрыты и блестели каким-то призрачным счастьем, а с красивых губ так и не сходила улыбка. Она разговаривала с моим отцом. Папа показался мне ужасно бледным и уставшим. Меня это, честно говоря, сильно обеспокоило - ведь после такого долгого пути отец до сих пор даже не отдохнул.

Рядом с папой стоял Рэй. Сердце снова с глухой болью ударилось мне в грудь, когда я увидела его - до сумасшествия обаятельного и уверенного в себе. Наёмник щурил серые глаза, чуть кривил губы, а его лицо было таким же уставшим, как и у отца, что прибавило мне ещё долю беспокойства.

Сейчас отец, кивая, слушал Доктора Ли, что-то очень оживлённо рассказывающей ему, пока Рэй периодически прислушиваясь к их разговору, вглядывался в западную туманную даль и курил.

Рядом с ними крутился Мистер Храбрец Джон, напевающий гимн Америки и постоянно маячащий из стороны в сторону. Недалеко от них толпились люди из команды доктора Ли. Я почти сразу заметила Анну Хольт.

Её некрасивое лицо с маленькими глазками и большим ртом было каким-то желтоватым и замученным. Она стояла тихо переговариваясь с девушкой, одетой в серую толстовку и джинсы. Девушка была красивой. У неё были низкопосаженные глаза и пухлые губы. Глаза её были голубыми и казались очень большими. Русые волосы были прямыми и не очень длинными.

Недалеко от красивой девушки мирно докуривал сигарету мужчина невысокого роста, одетый в промасленную тёплую кофту и серый рабочий комбинезон в грязных разводах. У мужчины была смуглая кожа и тёмные волосы, которые постоянно лезли ему в глаза, развеваемые сильным ветром.

Как только я вышла на улицу, то пару мгновений разглядывала всех, Догмит почти сразу рванул вперёд, к Рэю, громко лая, виляя хвостом и привлекая ко мне всеобщее внимание. Я даже обиделась, когда на меня уставились учёные доктора Ли, а затем без особо интереса, с обычной усталостью отвели взгляды.

– Как ты думаешь, мы добьёмся успеха в том, чтобы проект заработал?
– спросила красивая девушка у Анны, когда я проходила мимо.

Та нахмурилась.

– Не знаю. Но что-то мне это всё не нравится.
– Она устало прикрыла глаза.
– Понимаю, что для доктора Ли это важно, но в районе Мемориала всё-таки опасно.

Собеседница Анны с грустным вздохом закивала. Я прошла мимо девушек, кривя рот и мучаясь смутными сомнениями по поводу того, что моё настроение всё ещё хорошее. Ветер пыльными порывами освежал, и сонливость становилась всё более тусклой на свежем воздухе..