Она была уставшей, её чёрные волосы были распущены и мягкими вихрами спадали на спину, худые руки прижимали к груди младенца завернутого в пеленку.

Это был его ребенок. Его сын. Он ещё не брал его на руки, не видел так близко, как видела его сейчас она. Она прикоснулась губами к его лобику и потерлась кончиком носа о его круглую щёку.

Август Отем опустил взгляд и сжал губы. Его сердце сжалось - болезненно, тоскливо. Внутри начало тянуть сладкое, но такое тяжелое чувство теплоты. Он едва ли когда-то чувствовал себя так, как сейчас. Он был влюблен, чего отрицать. Он, хладнокровный и циничный полковник Отем был влюблен в дикарку с пустошей. Он был влюблен и счастлив, что именно она родила ему сына.

Джейн Сандерс любила своего ребенка больше всего на свете. И он видел это. Она любила его ребёнка, его сына.

Из палаты вышла светловолосая девушка в белом халате, хлопнув ресницами, с восхищением уставилась на Отема.

– Полковник, прошу Вас, - пролепетала девушка.

Отем кивнул, он ещё раз взглянул в окно, в палату с голубами стенами и белыми койками, и зашел внутрь. Здесь было так стерильно чисто, что ему показалось, будто бы он только что вывалялся в грязи и зашел в чистую комнату.

Мебели здесь было мало. В основном - мигающее оборудование и терминалы. Джейн подняла взгляд и, увидев полковника, тут же крепче прижала ребенка к себе.

Она волком уставилась на Отема, но ничего не сказала. Он подошел к её койке. Она была одета в белую ночнушку, вокруг неё порхали медсестры. На тумбочке возле койки стояла кружка с чаем, рядом к ней был придвинут стакан воды.

– Я не отберу его у тебя, - сказал Отем ровным голосом.- По крайней мере, сейчас.

Отем протянул руки. Джейн медлила. Она боялась давать ему ребенка в руки, но заметив взгляд полковника, неуверенно протянула ему младенца.

Отем взял сына на руки и, увидев его лицо, почувствовал, как внутри разливается тепло. Он не сдержал короткой улыбки, глядя на спящего ребенка.

– Вы сделали гендерную проекцию?
– спросил Отем, поворачиваясь к светловолосой медсестре.

Та кивнула. Она засуетилась, поворачивая к нему монитор. Как только Отем увидел молодого человека, на нём, его лицо озарила улыбка. Его сын будет красив, так же, как его мать. И как он. Он был настолько похож на самого полковника, что ему с трудом в это верилось. Отем посмотрел на малыша, затем на Джейн. Он осторожно протянул младенца женщине. Джейн прижала малыша к груди и опустила взгляд, но Отем успел заметить в её взгляде смущение.

– Ты родила мне прекрасного сына, - сказал полковник Отем.
– Он красив и похож на меня. Я дарю тебе возможность дать тебе ему имя, Джейн Сандрес. Как ты его назовёшь?

Джейн в раздражении сжала губы, кидая взгляд на Отема, но в следующую секунду её взгляд смягчился, когда он посмотрела на сына.

– Рэй, - тихо, но твёрдо сказала она.

– Прекрасное имя, - сказал полковник.
– Рэй Отем.

***

– Вы знаете, куда они отправились?
– тихо спросил Руперт у Джейн.

Он открыл дверь и пропустил женщину вперед. Она быстро вышла в прохладу пустошей и покрепче прижала к себе ребенка. Джейн была одета в темные одежды, ребенок был замотан в темно-серое одеяло. Он мирно спал, что им было на руку.

– Да, знаю, - прошептала Джейн, кивнув.
– Не беспокойся, я найду их.

Руперт уже давно подготовил всё к побегу. Винтокрыл стоял на поляне позади технического отсека. Здесь почти никого не бывало по выходным. Руперту, конечно, пришлось здорово попотеть, чтобы вывести охрану из строя, но сейчас ему уже терять нечего - он отвезёт Джейн в горы, куда она попросила и уведет погоню. Они его, конечно же, найдут и сразу казнят. Но плевать. Хватит трусить. Он всю жизнь убивал и трусил. Теперь этому пришел конец.

Руперт тихонько закрыл скрипнувшую металлическую дверь и обернулся к тёмному куполу неба, сплошь усыпанному колючками холодных звёзд. Пустошный ветер с запахом травы и костра пронёсся над землей, и юноша вдохнул этот воздух поглубже. Скорее всего, это последние часы его жизни на земле. Скорее всего, он в последний раз видит ночь, звёзды, темень неба. Может быть, он ещё увидит кроваво-красный рассвет на горизонте и восходящее солнце.

На глаза наворачивались слёзы, но Руперт сдержал себя. Хватит, сейчас не время. Иначе они все сейчас погибнут, и его жертва будет бессмысленной, бесполезной, не имеющей никакой ценности, а сейчас это ценность ещё значилась в его действиях - в помощи другому человеку. В помощи ей.

Руперт посмотрел на Джейн, на её узкое лицо, тёмные глаза и черный локон выбившихся из-под платка.

– Идёмте...- шепнул Руперт, не в силах больше смотреть на свою возлюбленную.

О, какая это мука - безответная любовь!... И эта любовь - единственное, что было так светло и ценно в его, Руперта, жизни. И ради неё он готов на всё.

Руперт помог Джейн вместе с малышом забраться в винтокрыл. Он усадил женщину в салон, пристегнул ремнями и ободряюще улыбнулся ей. Джейн волновалась, хотя изо всех сил не хотела этого показывать. Заметив его улыбку, её лицо просветлело, и она мягко улыбнулась в ответ.