– Скорей, наверно, рыбой?

– Ну да, конечно, рыбой... и колбасой.

– Угощайся... как раз колбасой!
– неожиданно протянула Саше Марина.

– Спа-сибо!
– без комплексов, сразу взял мальчик.

Проплыла мимо чуть нарушенным кильватерным строем эскадра уток.

– Зырь-зырь, как утки прикольно ныряют! Прямо кверху попой салютуют - попа такая, как башня становится!.. и лапами быстро-быстро так перебирают. Вот жизнь утячья, а! Утонуть не могут, даже если б сильно захотели. Нам бы так!

– Чтоб кверху попой можно было плавать? И там, внизу, лягушек есть?
– уточнил Ромка.

– Да, чувак, я тебя даже лягушатиной угощаю - в обмен на колбасу. А вон, кстати, и лягушки!

Действительно, ребята набрели на целый прибрежный лагерь амфибий. Одни его обитатели были ярко-зелёные, как свежие огурцы, другие - потемнее... цвета огурца уже маринованного. Целые грядки вдоль берега! Издали всё зелено, как от травы. Поближе подойдёшь: плюх-плюх-бульк... Чем-то похоже на клавишный инструмент. Или на старую пишущую машинку: каждая лягушка - одна буква-клише, и все вместе печатают какой-то текст на речном листе. Тут уж не вилами, а лягушками по воде писано.

– Река тоже зелёная, как лягушка, и такая же пупырчатая. А где тени облаков - там полосатая, как арбуз, - сказал Ромка. Если бы он был героем маминой повести, то наверняка вспомнил бы свой "глобус".

– Мам, а ты же мне рассказывала как-то одну легенду, что лягушки произошли от войска фараона?

– Да, а что?

– Получается, если фараон стал змеем, а его воины стали лягушками... то он теперь своим же войском питается, - сделал вывод Ромка.

– Как все диктаторы!
– заметила Марина.

– Почему?

– Ну, так уж все диктаторские государства на свете устроены: кто в кого поверил, тот тому и пища. Помнишь, есть даже такие слова в покаянной молитве: "Да не буду брашно чуждому".

– Ну да. В смысле: "не буду пищей чужому", да мам?
– перевёл Ромка.
– А ведь древнее Египта государств, кажется, не было?
– спросил он, разглядывая лягушку.

– Ну, вроде бы, считается, фараоны - создатели самого первого царства на Земле: можно сказать, "отцы" Государства. Помнишь из учебника истории - древнейший барельеф: фараон Верхнего Египта держит за волосы побеждённого правителя Нижнего и ещё поднял над ним дубинку. То ли зашибить собрался, то ли просто торжествует. По-моему, вот это и есть - самый яркий символ Государства на все века: лучше уж никто никогда не придумал. Обязательно на колени, обязательно за волосы и обязательно дубинкой - куда ж без неё. Фараон - первый "земной бог". И "бог" бьющий, "бог", держащий за волосы.

Марина, отвлёкшись, подумала было, что Саша, наверное, слушает такой "летящий" диалог и смотрит на его участников почти как на ненормальных... но он смотрел почти с восхищением.

– Вы всё чё-то такое прикольное говорите.

– А у нас свои секреты, - махнул рукой Ромка.
– Но... от тебя секретов нет. Ты уже наш человек. Да, мам?

– Да!
– просто согласилась Марина.
– Наш.

– Прикольно, что мама может быть другом своему сыну! Я такое ещё никогда не видел.

– А у тебя что в семье - не так?

– Ха... весь прикол в том, что у меня как бы семьи нет!

– Как нет?

– Ну, я так-то детдомовский. Вот так! А что, не думали? Я здесь ща пока на каникулах... типа на побывке.

Санька огорошил новых друзей нарочито прозаически озвученной новостью.

У него не было ни особого "детдомовского выражения лица", ни ярко выраженных повадок, отличающих его от мальчишки с обычной судьбой... Только постепенно раскрывалась в общении какая-то неуловимая "взрослая" грань: уверенность повидавшего жизнь человека - ставшего "старше" своего возраста. Может, в чём-то даже старше комфортабельно устроившихся взрослых. Рассудительный, порой даже слишком... на словах. По поведению - мальчишка мальчишкой! Видимо, одно другому не мешает.

– Слушайте, вот вы со мной общаетесь, а потом ведь икать будете.

– Почему?

– Ну, я вас теперь часто вспоминать буду.

– Да?
– обрадовался Ромка.

– Ага! Особенно когда уроки буду готовить.

– А причём здесь уроки?

– Да притом, что когда я сажусь за уроки, я думаю о чём угодно, только не об уроках!

– Слу-ушай... я тоже!
– сделал вдруг открытие Ромка.

– Близнецы-ы!
– иронически протянул Саша.

– Сиамские, - добавила Марина.

– Сиамские кошки бывают!
– возразил Саша.
– Не-не-не, тёть Марина, мы не кошки.

– Мы - ко-ты!
– гордо вставил Ромка.
– О... а вот как раз один наш друг идёт!

Действительно, на запах колбасы пришёл кот.

– Восход пушистого кота!
– Ромка поднял его, глядя против света.
– И... заход кота! О-о... а представляешь, все на свете были бы мышами, а на небе каждое утро восходила бы гигантская кошачья морда?

– Прикольно было бы, - отреагировал Санька.