— Вот поэтому у тебя нет с ним шансов, - сказала ей Зения.

========== Глава V. Часть I. Сделка с некромантом ==========

Век Страха длился сто лет, а

Серебряный Век — всего сорок пять.

Неудивительно, что народ Веснота

почувствовал себя обворованным.

Великий Маршал Кристиан, «Вторая Гражданская Война,

ее причины и исторические предпосылки», 682 ГВ

Путешествие от Перекрестка до Залива Жемчуга у пеших отрядов обычно занимало около недели. Хасан решил не устраивать форсированных маршей, так как ожидал всевозможных засад и диверсий местного населения. На каждом привале он посылал вперед разведчиков-летучих мышей, чтобы они осмотрели путь до места, намеченного для следующей стоянки. Однако, вопреки всем ожиданиям, никаких происшествий не происходило. Местное население было полной противоположностью жителей Керлата.

Подавляющее большинство крестьян плодородных земель Западного Веснота не знало мира за пределами своей деревни. Набегов на поселения эти земли не видали со времен королевы Ашевир, а войн не велось и того дольше. Колонны упырей были для жителей в новинку и разбегаться они начинали не раньше, чем армия нежити подходила к самой околице. При желании, Хасану было бы достаточно приказать предварительно окружить деревню, и никто из обитателей не ушел бы. Однако, некромант все еще предполагал, что регион патрулируется королевскими силами и не хотел оставлять за собой следа из уничтоженных деревень, который подсказал бы противнику усилить оборону в Заливе Жемчуга. К тому же, при всем очевидном плодородии региона, местное население было столь бедно, что Мардок в первой же деревне развел руками: конфисковать, помимо нескольких мотков каната, было попросту нечего.

— Местные столь худы, что не стоит даже пытаться превратить их в упырей, - сказал чародей Сар’ару на третий день путешествия.
– Я не понимаю. Войны никакой вроде уже лет пятьдесят не было, урожаи здесь хорошие, почему они такие бедные? И в чем состоит Серебряный век, если у нас в Керлате даже при Ашевир лучше жили?

— При Ашевир Керлата еще не было, - усмехнулся призрак.

— Неважно. Люди-то были.

На четвертый день пути Хасан не выдержал и приказал Ар’ак’ше привести «языка». Языком выпало быть бабке лет шестидесяти, которую призрачная девушка отловила, когда та пасла гусей.

— Как тебя зовут?
– первым делом спросил Хасан.

— Бабка Эрука меня кличут, - ответила старуха, глядя на некроманта, как на какое-то чудо.

— Скажи, Эрука, почему в каждой деревне отсюда и до Перекрестка не сыскать и двадцати золотых монет? Неурожай был или бедствие какое-то?

— Какое там бедствие… - проворчала бабка.
– Правитель наш, лорд этот хренов — вот оно, наше бедствие. Я уж и забыла, когда золотой в руках держала. Семьдесят процентов налоги — это видано ли дело? Вот прадед мой покойный, он при королеве Ли’сар, светлая ей память, платил налогов один золотой в год. При Халдрике Седьмом дед мой две монеты в год платил. Сейчас — двадцать платим. Какое тут золото — зерном несем, овощами, всем, что есть.

— И давно так?

— Да лет сорок уж… Когда ирод этот ваш, лич окаянный, на нас войной ходил и полстраны разорил, до нас-то он не дошел, на том ему спасибо, стало быть, но потом как война кончилась, начали страну восстанавливать, людей от нас на восток переселять - завместо погибших, чтобы деревни по-новому населить, тогда-то и началось это самое. Людей-то меньше стало, а налогов по-прежнему надо, вот и ввели этот закон треклятый — налог на восстановление, он называется. Вот как ввели в двадцать девятом, так до сих пор и собирают. Ну, а еще лет пять назад началась эта, как ее, ыншляция какая-то, так нам еще на пять золотых в год задрали.

— Что за ыншляция?
– шепотом осведомился Хасан у Сар’ара.

— Инфляция — удешевление денег. Бывает, когда казна чеканит монету, не обеспеченную товаром. Ну или в золото при чеканке серебро подмешивают, но до этого вряд ли дошло.

— Ничего не понимаю в этих денежных делах, - признался некромант.
– Расскажешь мне потом об этом еще.

— Бабка Эрука, - снова обратился он к старухе.
– А как вышло, что восстановление страны закончилось, а налог остался?

— Это уж ты у лорда нашего спроси, а точнее, отца его покойного некромантством своим воскреси и у него спроси, как так вышло.

— Мда уж… Ар’ак’ша, отнеси бабку туда, откуда взяла… Сар’ар, какие комментарии?
– поинтересовался он у призрака, когда Ар’ак’ша подхватила старуху и исчезла.

— Комментарий один — полагаю, Серебряный век закончился и без нашего вторжения. А может, и не было его.

— Был, - возразил Хасан.
– Это ты в городах не был, а я бывал в Блеквотере, и в Велдине, и в Эленсефар мы ездили на каникулы. Был Серебряный век, это точно — и строительство многоэтажное появилось, и мастерские повсюду новые, и фрукты заморские продавать начали. Это наверное с местным лордом что-то не так.

— Ваши человеческие лорды все одинаковые и во все времена заботились больше о том, как набить кошелек, чем о благополучии подданых, - с презрением заявил Сар’ар.
– Другое дело, что городами, о которых вы говорили, управляют не лорды, а мэры, которых король назначает, и он же может сместить. А в вашем родном Керлате и вовсе нет лордов, весь регион — одно большое военное поселение. Разумеется, веснотские генералы не могут позволить себе собирать с жителей семидесятипроцентные налоги, потому что, во-первых, весь регион подастся в разбойники, во-вторых, генералов за такое отправят командовать аванпостом в Эстмарке. Но лорд — не генерал, это наследный титул, и монарх не может отобрать у него земли, пока тот исправно платит в казну и поставляет рекрутов для армии.