— Есть один вопрос, - прервал затянувшееся молчание Семасцион.
– Как нам к вам обращаться?

— Думаю, пока «Сам» будет достаточно, а с остальным разберемся после переправы.

Сам — большой палец руки, должность, означавшая стратега Кисти. Когда-то давно, в войсках Мал Раванала, эта должность была равна должностям остальных четверых членов Кисти — тактика (Форефингера), начальника снабжения (Миддлфингера), главы разведки (Литтлфингера) и советника (Аннулари). Потому решение Хасана ограничиться этой должностью походило на компромисс. С другой стороны, это была та же должность, которую занимал в своей Кисти Мал Ксан, так что Хасан фактически объявил себя его преемником.

Сар’ар кивнул, оценив этот политический маневр. Семасцион, видимо, временно удовлетворился и решил умерить амбиции до того момента, когда риск нападения веснотской армии будет не столь велик. Церцея слабо улыбнулась Хасану, и ее улыбка говорила «вижу-вижу, куда ты метишь, но все равно поделать ничего не могу». Зазингел понял, что никакое выступление против Хасана в данный момент не встретит поддержки, и кивнул, соглашаясь.

— Если больше нет вопросов для обсуждения, я не буду вас задерживать.

Члены Кисти встали, поклонились друг другу и разошлись. Семасцион и Зазингел отправились куда-то в хвост строя мертвецкой армии, Сар’ар исчез в неизвестном направлении. Хасан остался в повозке, будто бы просто задумавшись, но на самом деле у него уже не было сил куда-либо идти. Церцея почему-то тоже не спешила уходить.

— Ты тоже можешь идти, - прямо сказал ей некромант.

— Я рискну вызвать твой гнев, но все-таки предположу, что прогнать меня силой ты сейчас неспособен, - ответила Церцея, прищурив глаза, что сделало ее еще более похожей на пресмыкающееся, в честь которого она получила свое прозвище.

— И что, если так?

Змея положила руку на эфес меча и внимательно посмотрела в глаза Хасану. Ответный взгляд был совершенно спокойным — так смотрит старый прожженный контрабандист, когда проходит таможню. Игра в гляделки продолжалась около минуты, а потом Церцея хитро улыбнулась.

— Давай я осмотрю твои раны. Если ты пойдешь в лазарет, старики воспримут это, как сигнал к атаке, так что я вылечу тебя прямо тут. Меч, если хочешь, могу оставить на этой половине повозки, - добавила она, заметив, что спокойный взгляд Хасана сменился на подозрительный.

— Не нужно, - отозвался некромант.
– Ты, конечно, страшная женщина, но не настолько.

— Ай-яй-яй, моими навыками мечника пренебрегают, - рассмеялась Церцея, опускаясь на пол рядом с Хасаном.
– Думаешь, если я не умею мгновенно сжигать все вокруг, то недостойна твоего внимания?

— Я думаю, что если бы ты была способна убить раненого, все твои враги были бы уже мертвы.

— Ага, значит я, по-твоему, наивная благородная девочка, помешанная на честных поединках?
– строго осведомилась Церцея.

— Я не…

— Да нет, все, в общем-то, так и есть. Три года, как дурочка, тренировалась, чтобы победить Ники, вместо того, чтобы прирезать его в сне, как он этого заслуживал. А теперь его убила эта твоя курочка и я осталась с носом. Можешь посмеяться надо мной.

— Но ты ведь не из-за этого грустишь, верно? Ты не знаешь, как тебе теперь жить. На самом деле ты любила его.

Девушка вытаращила глаза.

— Если ты еще раз что-то такое вякнешь, я тебя убью, - прошипела она, однако стоило ей осмотреть Хасана, как ее гнев улетучился.

— Что за… Откуда столько переломов, Хозяин?

— Не надо меня так называть…

— А, то есть ты хочешь, чтобы я тебя называла «повелителем», как Курочка Ряба? Так откуда переломы?

— Си’ях’кан быстро вылечивает обычные раны, а у лорда Ксана был Ке’мик’ад’жи, он еще сильнее. Так что я использовал яму, чтобы сломать побольше костей и этим замедлить нам обоим регенерацию.

— Придурок, - оценила его тактику боя Церцея.
– Вот, пей эту гадость три раза в день, она укрепляет кости. И больше так не делай.

— Если я не буду так делать, то зачем мне будет нужен врач?

— Думаю, я и без этого смогу быть полезна, Хозяин… или Повелитель?

— Ну, я покамест ничем особенно не повелеваю и не хозяйствую. Все только и ждут момента, когда я повернусь к ним спиной, чтобы в эту спину ударить и стать повелителями самим.

— Точно, - согласилась Церцея, завершая осмотр и садясь рядом с Хасаном.
– Думаю, они все-таки не станут поднимать восстания, пока мы не переправимся.

— Да, у нас сейчас слишком мало нежити, чтобы сражаться еще и между собой. Тем не менее, если представится удобная возможность убрать меня без масштабных боев, они ею воспользуется.