— Вон оно! Я так и знал, Рей, оно невредимо…

Только теперь она распахивает глаза.

Перед нею возвышается дерево, массивное и внушительное. Его ствол, изборожденный крупным, четким рельефом коры, едва ли смогли бы обхватить даже двое взрослых мужчин. Необычайно черный, словно покрытый золой, этот ствол тянется вверх решительно и гордо, поднимаясь над лесом. Нижние, самые толстые ветви раскидываются вокруг на добрых несколько шагов. Необычные треугольные, остроконечные листья нежного оливкового оттенка едва не касаются земли.

Нет никаких сомнений, Сила вела их именно сюда, к этому дереву, окруженному Светом. Рей кажется, что она видит, как поток мидихлориан перемешается внутри ствола по тонким капиллярам вместе с жидкостью.

— Древо Силы, — говорит Бен, не отрывая взгляда от загадочного растения. — Это оно фокусирует энергию потока вокруг этого места.

Он рассказывает, как когда-то Люку Скайуокеру вместе с Шарой Бэй — матерью Дэмерона, ранкор его задери! — удалось раздобыть уникальные саженцы в одной из имперских лабораторий.

— Их было всего два. Люк и Шара разделили находку: она забрала один из саженцев к себе домой, на Явин, а он — на Эндор. Новый храм джедаев вырос под сенью явинского Древа. — Бен любовно поглаживает черную кору. — Говорят, когда-то именно такие деревья стали первым обиталищем мидихлориан — и, стало быть, первыми проводниками Силы среди живых существ. Раньше они росли на Тайтоне, но сейчас считаются вымершими. Имперским ученым удалось искусственно воссоздать несколько образцов…

Пару мгновений он молчит.

— На Явине Древо сгорело вместе с храмом. Но вот это, как видишь, еще цело. Возможно, оно последнее во всей галактике. Люк позаботился, чтобы ни одна душа не узнала о нем. Единственный, с кем магистр поделился этой тайной — его глупый ученик…

Он тяжело вздыхает и оглядывается на Рей, которая стоит, высоко задрав голову, завороженная прекрасным зрелищем. Зелень всегда притягивала ее, но это… это единство жизни и Силы, воплощенное в Древе, уверенно и привольно растущем среди лесов в полудиком мире, было выше самых смелых мечтаний.

Ей кажется, что она видит — видит воочию, как будто все это происходит здесь и сейчас, — подростка под широкой кроной Древа. На вид Бену около пятнадцати лет. Он нескладен и сутул, слишком высокий для своего возраста, однако отпечаток детской невинности на совсем юном лице, неприкрытый восторг в глазах, устремленных к самой вершине, выдают его истинные годы. Юноша счастлив и горд. Учитель впервые взял его с собой в путешествие и доверил ему тайну, неизвестную больше никому.

— Ты говорил, что здесь часто бывают паломники… — напоминает Рей.

Бен презрительно фыркает.

— И что с того? Существа, не наделенные чувствительностью к Силе, не найдут здесь ничего примечательного. Всего-навсего дерево, одно из множества.

Неожиданно он вновь просит ее закрыть глаза. Рей и на сей раз не отказывает. Странная улыбка мерцает на ее губах — улыбка ребенка, который ожидает чуда.

Она чувствует рядом его шаги. Бен приближается и заключает ее руку в свои.

Тонкий металлический ободок обхватывает ее безымянный палец. Рей вздрагивает.

— Теперь смотри… — слышит она над ухом.

Однако она и не глядя догадывается, что это.

Так и есть. Кольцо сверкает прямо перед ее глазами. Необычный сплав переливается в лучах солнца оттенками золота и серебра.

Безмолвный крик замирает в горле.

— Ты этого хотела? — спрашивает Бен со странной дрожью в голосе.

— Я… я не понимаю… — она с трудом удерживает волнение.

— Что же тут не понятного? Я попросил леди Силгал… сказал, что хочу удивить тебя.

— Но мы с тобой уже женаты.

— Только по документам.

— Не только… — внезапно она заливается краской.

Бен с сомнением косится на нее.

— Признай, ты с самого начала считала наш брак, как бы сказать… немного ненастоящим без надлежащих клятв. Правда ведь?

— Даже если так, то что? Это была детская фантазия, не более.

— Фантазия, которая стоит того, чтобы воплотить ее в жизнь, ты не находишь?

… Бен говорит без умолку, с восторженным трепетом уверяя ее, что сейчас, как и раньше, он готов подтвердить их брак перед любыми божествами в любых мирах, принести любые клятвы… но вот какие именно? Вот в чем проблема. Ни джедаи, ни рыцари Рен, как правило, не связывали себя брачными обетами. Никаких особых ритуалов на этот счет не было, да и быть не могло – ни у тех, ни у других. А ситхский кровавый ритуал, который напоминал жертвоприношение даже больше, чем это подобает свадебному обряду, никогда не был ему, Бену, по душе. Да и сама Рей, вероятно, никогда не согласилась бы пойти на нечто подобное.