Природный памятник нищете. Немой вопль, столетиями взывающий к провидению.

Рей находила странным, что здесь не осталось никаких следов пребывания людей. Плато Жалобной руки было едва ли не единственной скалистой местностью на весь Гоазоан. Скалы пробивались из песка, как кости проглядывают сквозь разлагающуюся плоть. Здешние места были богаты углем. Уголь, да еще погибшие имперские корабли — вот и все достояние Джакку. Но если стальным гигантам, которые покоятся в песках, было всего тридцать лет, то уголь добывали вблизи Кратерграда еще со времен Старой Республики — и при Палпатине, и после него…

… а потом однажды просто перестали. Владельцы свернули производство и ушли, оставив шахты — поговаривали, что вместе со всем оборудованием, — на волю пустыни.

Теперь, пятнадцать лет спустя, пустыня, выходит, не оставила ничего. Ни единого строения, которое бы свидетельствовало о том, что эти места когда-то были вполне обжитыми. Что ж, природа всегда возьмет свое. Но на Джакку природа всегда была смелее и агрессивнее.

Или природе кто-то помог? Какая-то тайная сила, которая, если верить россказням зевак, и согнала горняков с насиженного места, постаралась, чтобы плато поскорее приобрело свой исконный, дикий вид…

Это часть тайны, которую Рей всей душой хотела бы оставить неразгаданной. Но именно для того она и прилетела — чтобы найти разгадку.

Люди ушли отсюда пятнадцать лет назад — точно тогда, когда отец оставил Рей… нет, маленькую Киру в предместье Ниима. Есть ли связь?

Прошло почти два дня с начала раскопок. Половина дроидов трудилась в низине, недалеко от того места, где Рей посадила «Нефритовую саблю», половина же — ближе к вершине.

День был в самом разгаре, а значит, и поиски тоже. Рей медитировала, сидя на одном из горных уступов, как делала это почти постоянно, иногда в ущерб еде и сну.

Сила ощущалась здесь по-разному. Движение потока было неравномерным, прерывистым. Где-то Рей могла без труда погрузиться в него, а где-то ей приходилось концентрироваться часами, ни на что не отвлекаясь. Это создавало впечатление водопада или, скорее, воронки. Энергия мидихлориан, как вода, стекалась к некоему центру — Рей готова была поклясться, что почти видит это мысленным взором. Но где тот самый центр?

— Где ты? — шептала она уже не в первый раз. Несмотря на упрямую глухоту того, к чему взывал ее мысленный голос, Рей по-прежнему надеялась получить ответ.

Поначалу, как и прежде — как полчаса и час назад, как и за день до этого — она не слышала ничего необычного. И вдруг… слабое чувство тревоги кольнуло в самое сердце. Рей прислушалась к своим ощущением.

Волна. Гигантская смертоносная волна, невидимая обычному глазу, как будто поднялась стеной, готовая обрушиться ей на голову. Рей растерялась, колеблясь между безотчетным страхом и осознанным желанием пойти до конца.

«Вернись! Вернись!»

Из глубин этой волны, из самого нутра темной ловушки, слышался ее собственный детский голос.

Рей резко вскочила на ноги. Больше у нее не оставалось никаких сомнений. Она позвала дроидов — всех шестерых, которые у нее были, — и велела начинать копать в этом месте.

Теперь она вплотную приблизилась к своей цели. Наконец она нашла то, что искала.

========== Глава XXXV ==========

Первым, что удалось отыскать, были остатки шахты. По мере того, как дроиды орудовали инструментами, разгребая песок, взгляду Рей все увереннее открывался наклонный шахтный ствол, стенки которого были покрыты стальным настилом с несколькими железными, разъеденными коррозией, перекрытиями. Другой конец шахты терялся где-то во мгле.

Вход оказался настолько узким и низким, что даже Рей с ее хрупкой комплекцией могла передвигаться по нему только ползком.

«Разумеется, — с тяжелым сердцем напомнила она себе, — ведь здесь когда-то трудились дети».

Горемычные создания. Заложники нищеты с ее чудовищными законами, проданные в рабство собственными родителями или захваченные. Когда-то Верховный лидер Сноук был одним из них…

Маленьким работникам не требовался широкий или высокий проход. Наверняка их тщедушные тельца легко протискивались в такие отверстия и перемещались по ним без особого труда.

Рей велела дроидам дожидаться ее снаружи, а сама опустилась на колени, уперлась локтями в каменистый пласт и, пригнув корпус к земле так низко, как только могла, принялась ползти вниз.

Ремесло мусорщицы научило ее многому. Рей живо припомнила свои прежние вылазки в пустыню, когда она пробивалась внутрь железных гигантов, в самое нутро, где еще могло сохраниться что-нибудь интересное, через вентиляционные шахты. Заученными с малолетства движениями она упиралась в стенки прохода руками и ногами, стараясь оттолкнуться посильнее.