– Благодарю вас, - последовал сдержанный ответ. – Премьер-министр просила передать вам свою благодарность и наилучшие пожелания.

– Спасибо.

– Пройдемте, пройдемте, - суетился вокруг них глава. – Я представлю вам всех.

Кватре отступил в сторону, освобождая дорогу. Дороти коротко кивнула ему и прошла мимо. Она казалась спокойной и неприступной, словно скала.

«Может, это знак? – думал он, провожая ее взглядом.
– Она дает мне понять, что та ночь была ошибкой, случайностью, и она хочет забыть о ней и обо мне, словно ничего не было?»

Вечер шел своим чередом. Кватре внимательно наблюдал за Дороти. Она одаривала всех одинаково равнодушной улыбкой и даже удостоила танцем расстаравшегося главу, однако вскоре ушла, сославшись на усталость. Охваченный разочарованием и ревностью, Кватре направился к выходу. Никогда еще он не чувствовал такой ярости и беспомощности. Добравшись до особняка, он распорядился приготовить аэрокар.

– Куда полетит господин? – почтительно осведомился слуга.

– В пустыню, - прошептал Кватре. – Там мне будет легче.

Слуга поклонился и исчез.

Полет прошел без приключений. Когда аэрокар приземлился, на небе вовсю сияли звезды. Выбравшись наружу, Кватре поднял лицо к небу и вдохнул все еще горячий воздух. Он не был здесь с того самого дня.

Дом встретил его сонной тишиной. Поднявшись по ступенькам, Кватре направился в свою комнату, но перед дверью замер. Именно сюда она пришла в ту ночь. Здесь, в этой комнате, она принадлежала ему. Там, за дверью, жили воспоминания о ее страсти и нежности. Кватре нахмурился.

«Значит, мне придется их изгнать!» – и решительно толкнул дверь.

Она стояла у окна. Кватре замер, боясь пошевелиться. Дороти неторопливо обернулась.

– Так и будешь топтаться у двери? – чуть насмешливо спросила она. – Раньше вы не были таким нерешительным, господин Рабеба Вайнер.

– Дори, - невольно вырвалось у него. – Это действительно ты?

– Так меня зовет только кузен Трейз, - заметила Дороти, улыбаясь. – Но в твоем исполнении это звучит гораздо приятнее.

– Но…

– А ты ждал, что я брошусь тебе на шею прямо во время приема, словно влюблённая школьница?

– Нет, но ты могла бы быть и полюбезнее.

– Я не привыкла выставлять свои чувства на показ, но это не значит, что у меня их нет.

– Я запомню, - Кватре шагнул к ней.

Она молча наблюдала за его приближением. Он подошёл почти вплотную и остановился, рассматривая ее. На Дороти было простое платье, что она носила в те дни, когда была его вынужденной гостьей. Длинные светлые волосы свободной волной падали на плечи и спину. Ни драгоценностей, ни косметики, только чуть слышный аромат лаванды. В свете звезд лицо девушки казалось удивительно нежным, почти призрачным.

«А может, мне все это только снится?» - внезапно подумал Кватре.

После ее ухода он часто видел такие сны. Протянув руку, мужчина мягко коснулся кончиками пальцев ее щеки. Дороти склонила голову, прижавшись к его ладони. Нет, это был не сон. Наконец-то это был не сон! Ее кожа была прохладной и чуть влажной. Настоящей. Склонившись, он прижался лбом к ее лбу, фиалковые глаза оказались совсем рядом.

– Дороти, - прошептал он. – Если бы ты только знала…

– Как тебе было больно и тоскливо? – так же шепотом закончила она.
– Как стало пусто, когда я улетела, и ты думал, что я не вернусь? Как сны и воспоминания сводили тебя с ума?

– Ты…

– Я знаю, Кватре. Я все знаю. Ведь в ту ночь нас было двое.

– Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, - Дороти улыбнулась. – Но, может, мы перестанем, наконец, изводить друг друга и займемся чем-нибудь более приятным? Например, создадим новые воспоминания на случай разлуки.

– Разлуки больше не будет, я тебе обещаю!

– Не давай клятв, которые не сможешь сдержать.

– Я смогу.

– Что ж… Ловлю тебя на слове. А пока…

Она не договорила. Поймав губами ее губы, Кватре подхватил девушку на руки.

На следующее утро…

Первые лучи солнца вырвались на свободу, позолотив барханы. Дороти улыбнулась, впитывая глазами жаркую красоту пустыни. Кватре спал, раскинув руки, словно хотел обнять весь мир. Присев рядом, она осторожно убрала упавшую ему на лоб золотую прядь.

– Почему ты не спишь? – вдруг спросил он, не открывая глаз. – Еще очень рано.

– Откуда ты знаешь, что еще рано? – удивилась Дороти.

– Чувствую.

Кватре открыл глаза.