– Ты не хочешь с ним разговаривать?

– Почему не хочу?.. А. Понял. Нет, «к сожалению» потому, что у него и так дел выше крыши, и кидать ему сверху еще что-то просто свинство какое-то.

– Ясно. Ладно, принято. Со своей стороны я тебя разочарую – по твоим запросам пусто. Никто не в курсе, представляешь? Если кто и видел, как она входила-выходила, то не помнят. Повальное отшибалово памяти.

– Амулет – предположил немедленно некромант – В совпадения я не верю.

– Мне тоже так показалось... – блондинка фирменным движением «основного инстинкта» переложила ногу на ногу. Юбки на ней не было, но и в микро-шортах жест смотрелся впечатляюще. Она задумчиво поднесла чашку к губам, думая явно не о своем чае.

– Как ты умудряешься есть, без ущерба для макияжа? – не выдержал некромант

– О, это величайшее искусство… Вам, смертным, не дано его постичь… Хотя на самом деле весь секрет в практике.

– Секрет?

– Ну да. Приноравливаешься, и…

– СеКрет! Как же я сразу-то не подумал… Дана, я идиот!..

– Не буду спорить, раз ты сам утверждаешь, но хоть скажи, почему?

– Допивай, и пойдем в номер. Кажется, я понял…

Голова болела зверски.

Она просто-таки трещала по швам, намекая, что кто-то вчера переборщил. Но уж больно все было паршиво…

Оставив кабинет, майор Джарская занялась другими текущими делами, во время которых успела вдрызг разругаться с каким-то магом-рунистом, на первый взгляд даже приглянувшемся ей. Однако, уже через полчаса убедившись в печальной тенденции кобелиной породы, майор отвела душу, устроив небольшой локальный тарарам. А потом получив за это нагоняй. Начальник Отдела снабжения, Гофмар, вычитывал ей, как школьнице, брезгливо поджав губы и заложив руки за спину. Так что поцапалась еще и с ним. Нарычала на шефа, когда тот влез не вовремя, плюнула на всех, и отправилась заливать горе в одиночестве.

Да что они все понимают…

И вот теперь – голова, головешка… И правда ведь головешка – словно она вчера весь свой пирокинез бабахнула в собственный мозг. И остались от него только рожки да ножки…

Вот же мысли ведь – ножки да рожки у собственного мозга… Однозначно, надо завязывать. Если бы еще не эта голова… Болящая…

Кстати, на чем хоть лежим? Вроде бы как удобно, не давит и не колет, что странно. Неужели она таки приноровилась спать в кабинете? Помнится, Рина рассказывала – еще в бытность свою курсанткой у нее была подруга, Света Фортунова, сокращенно Светофора, которая умела спать абсолютно везде. Полезное умение, что и говорить.

Но ведь она сама, товарищ майор ИПЭ, не сидела, а именно что лежала! Укрытая! Ой блин, что же вчера бы-ы-ыло-о-о?...

Осторожно приоткрыла один глаз. Вроде, ничего так себе… Взрывов вселенных не намечалось. Головная боль оказалась вполне терпимой. Сейчас она встанет, таблеточек бахнет, и будет как огурчик. Зеленая и пупырчатая. Кр-р-расавица, хороша-а…

Глаза открылись полностью. Первое, что увидела майор перед собой, был аккуратнейший золотистый локон, которому бы позавидовала любая кукла Барби. Поглядев чуть выше, Ирина едва не застонала.

Нет, она была у себя дома. И спала – кто бы мог подумать! – в собственной кровати. Заботливо укрытая одеялом. С подоткнутыми краями. Зато свою многострадальную голову она примостила не на подушку, или плюшевого медведя – куда там… Голова ее (все еще изрядно болящая) лежала на довольно твердом плече. Мужском. Голом.

Блин…

Джарская снова закрыла глаза и попыталась сосредоточится. Итак, вчерашний вечер… Она отправилась в «Килиманджаро», непримечательный ничем, кроме хорошей выпивки и отсутствия лишних вопросов бар. Была там чуть дольше, чем до полуночи. А куда ее понесло дальше, и с чего ее вообще куда-то понесло?.. Джарская знала и себя и жизнь. Так у нее обычно вечера возлияний не заканчивались… Чтобы где-то принять, а потом еще куда-то идти, в этом смысле.

Майор еще раз открыла ясны очи, проморгалась, и храбро перешла к изучению плеча и сопредельных прилагающихся. Поняла, что едва не застонала по делу.

Рядом с ней удобно устроился вполне знакомый, а не какой-нибудь посторонний, мужчина. И занимался он тем, что проверял рапорты. Адресованные ей рапорты.

Внезапно Ирине стало почти смешно. Уж что-что, а проснутся после перепоя в одной постели с коллегой-собутыльником, это немного чересчур. Даже на ее вкус.

– Эфла – позвала она негромко

– Минералки или кефира? – вместо приветствия осведомился тот, не отрывая глаз от документов. Прислушавшись к себе, Джарская решила

– Кефир

– Тогда привстань, я принесу. Он в холодильнике.

Майор покорно приподнялась на локте, попутно обнаруживая, что ее аморальное падение не так уж и страшно. По крайней мере, она одета – хоть и изрядно мятые, но юбка и блузка были на месте. Отсутствовали только жакет и шейный платок… Эфла, оказывается, тоже не предавался нудизму, неизменные джинсы были на месте. Оглядевшись – надо же хоть чем-то заняться, пока голова в себя не придет! – Ирина обнаружила и недостающие детали гардероба. На кресле лежали и ее жакет, и его полосатый джемпер. И красный шарф тоже.