Неподалеку от неизвестного мученика свисали другие смертники. Всего их было не менее семи. Разбойники – первая мысль, мелькнувшая в голове северянина. Видимо, разъяренные крестьяне изловили мерзавцев и устроили самосуд. Придерживаясь за ствол могучего дуба, мальчишка не мог предположить, чем закончится путешествие. Неожиданно из-за угла выпрыгнул размахивающий веревкой наездник. Лассо в одно мгновение сдавило шею шокированного роялиста и опрокинуло на землю. Впиваясь в кожу и причиняя нестерпимую боль, оно заставляло извиваться и кататься в грязи, пока напавший со спины убийца упивался невиданным зрелищем. Отреагировавшая Хельга с быстротой молнии сняла лук, достала стрелу и прицелилась. Но рокового выстрела так и не произошло. Другой лазутчик, прятавшийся в зарослях, приставил клинок к горлу неудавшейся спасительницы.

– Без резких движений, милая, – спокойным, немного ироничным тоном посоветовал обладатель меча, инкрустированного дорогими камнями. Непривычно для обычного мерзавца с большой дороги, если вещь, конечно, не краденная. Задрожав всем телом, дочь Персиваля колебалась. – Не делай глупостей. Предупреждаю.

Безвыходное положение, в котором они оказались, угрожало плачевным финалом. С лихорадочной поспешностью она перебирала всевозможные варианты решения. Хрип задыхающегося Волка мешал сосредоточиться. Взгляд невольно зациклился на убийце в изящном красно-зеленом кафтане. Аристократические черты лица выдавали в нем истинного лорда. Уложенные волосы лоснились и блестели в солнечных лучах. Глаза болотного оттенка изучали очередных пленников.

Несомненно, внешнее сходство обоих подонков легко объяснялось кровными узами. Даже их манера ездить верхом свидетельствовала в пользу того, что они являются братьями. Насмешливая улыбка царила в уголках губ, не выражая ничего, кроме неподдельного удовольствия от чужих страданий. Неужели им суждено погибнуть от рук братьев Тарли, которые, по идее, выступают против тирании Лжепророка?

– Значит, именно таким образом развлекаются знаменитые Себастьян и Раймондо? – полюбопытствовал язвительный женский голос, принадлежащий леди Ирине. Около нее собралось несколько стражников с копьями. – Сплошные разочарования. Мы все надеялись на судьбоносную встречу с великими знаменосцами моего супруга, ныне покойного.

– Часто ли вам приходится вспоминать имя почившего спутника жизни, чтобы люди становились покорными? – спросил лидер партизан, приподнимая брови. Сражаться с хорошо вооруженными солдатами – нецелесообразно. К тому же он давно признал дочь старого друга и посему убрал оружие в ножны. – Ладно, Рей, достаточно. Давай, отпусти беднягу. Ему необходим кислород.

Второй бунтовщик, отличающийся от родственника гладко выбритым подбородком и взъерошенными черными волосами, недовольно стиснул зубы. Все же соизволив спешится, он схватил корчившегося юнца за плечо, а затем распустил узел, позволяя сжавшимся легким вновь заработать в прежнем режиме. Прокашлявшись, Старк уже тысячу раз пожалел о романтической прогулке, едва не приведшей его к Люциферу. Скептически осмотрев ярко выраженный красный след на шее невинного горемыки, принятого за приспешника Антихриста, просторец повернулся к вдове. Дни, месяцы и часы пролетали, словно стадо диких мустангов. Казалось, с момента их последнего разговора об укреплении границы прошли десятилетия.

– Так-так, кого же мы здесь видим? – Себастьян одарил собравшихся высокомерным взглядом. Раскачиваясь в седле, он ожидал продолжения банкета. – Блистательная и несравненная Ирина Манвуди, владычица разрушенного Простора, мать предателя и острая на язычок Королева Шипов, растерявшая их по дороге.

– А ты ни капли изменился. Кажется, разбойничья щетина тебе более к лицу, нежели шелковая мантия, – нотки глумления отчетливо слышались в речи дорнийки. Но нет времени на обмен любезностями. – Я предвидела наше столкновение и рада ему. Как вы справляетесь? Надеюсь, вас утешит тот факт, что мы привели на помощь семьсот кавалеров. Если все пойдет по плану, то Простор вернется к законным владельцам.

– Серьезно? – протянул оскорбленный подобным тоном южанин и выпрямился во весь рост. – Меньше полугода назад ты отправила нас во главе пятитысячной армии на рубеж с Дорном, где мы попали в засаду и потеряли практически всех людей. Наш призыв о помощи игнорировался, а потом на весь Юг прогремела новость, что Сады пали. С тех пор мы бились исключительно в одиночку, ни на кого не рассчитывая. Но сейчас ты возвращаешься, точно из длительного странствия, и говоришь о каких-то планах? – раздраженный вассал не собирался успокаиваться. – Какого черта? С какой стати я должен принимать участие в сомнительных авантюрах?

– Ты клялся в верности моему умершему мужу и твоему сюзерену – Лэнсу, – вежливо напомнила женщина, знаками приказывая пришедших в боевую готовность воинов не торопиться. – Лэнсу Тиреллу! Ты помнишь его? Только не говори мне, что забыл о своих клятвах.

– Клятвах? – переспросил гордый лорд Пилигрима, фыркая от негодования. – Я верно служил твоему супругу и своему близкому другу на протяжении долгих лет. Я пошел за ним на ту войну и дошел с ним до конца. – Замолчав на долю секунды, Себастьян погрузился в тяжелые воспоминания о прошлом. – Да, ты права. Однажды я служил дому Тиреллов. Но теперь дом Тиреллов мертв.

С этими словами он повернул коня в противоположную сторону и покинул общество непрошеных гостей.

– Ваш старший щенок разорил наши земли, захватил нашу крепость и вынудил нас бежать из собственного дома, – наконец подал голос Раймондо, накинувший лассо на шею жеребца, принадлежавшего Стефану. – Когда мы возьмем Сады, то насадим его голову на пику, а тело оставим гнить над воротами.

– Вы сражаетесь за призраков, – вмешалась огорченная Хельга, идеализировавшая непокорных братьев-партизан.