Шрифт:
– - Да, а что?-- спросила Ольга.
– - Старьши тфорникъ пришелъ... требувайтъ фитъ.
VIII.
Фрейленъ Хазенклеверъ (по документамъ она значилась въ двицахъ) представляла изъ себя такую курьезную фигуру и такъ комично произносила русскія слова, что будь Нина иначе настроена, она врядъ ли бы удержалась отъ смха. Но теперь ее поразило одно -- таинственное слово «фитъ», значеніе котораго она ршительно не могла постигнуть.
– - Что это «фитъ» -- тревожно спрашивала она Ольгу.
Та, между тмъ, ужъ нашлась.
– - Хорошо, скажите ему, чтобъ онъ подождалъ, я сейчасъ къ вамъ выйду,-- торопливо проговорила она.
– - Gut... aber bitte поскоре,-- отвтила Генріетта Богдановна:-- онъ такой груби, горди мужикъ, и мене всегда сердце стучалъ, когда онъ говорилъ!
Она ушла.
– - Да что жъ это такое «фитъ»?-- повторила Нина сбой вопросъ.
– - Вашъ видъ ему нуженъ для прописки,-- объяснила Ольга.
Бдная маленькая княжна ничего не поняла и въ этой правильной русской фраз.
– - Какъ видъ? мой видъ? и для... прописки?
– - Ну да, теперь такія строгости, вотъ вы одну ночь переночевали, и ужъ сейчасъ требуютъ видъ на жительство. Объ этомъ вы врно и не подумали... Какіе-нибудь документы есть съ вами?
– - Со мною только два моихъ выигрышныхъ билета, а больше никакихъ документовъ у меня нтъ... Про какіе документы вы говорите?-- все больше удивляясь и ужъ начиная чего-то бояться, сказала княжна.
Ольга развела руками.
– - Что-жъ мы теперь будемъ длать?-- почти трагически воскликнула она.-- И какъ это мн не пришло въ голову сразу спросить васъ! Поймите -- безъ законнаго документа, бумаги, ну, паспорта, вы не можете жить ни у меня, и нигд!
Нина начинала соображать.
– - Понимаю,-- проговорила она:-- требуютъ моего, паспорта, но, вдь, паспорты бываютъ только у прислуги, и потомъ вотъ когда дутъ за-границу, такъ получаютъ такія маленькія зелененькія книжки, и ихъ смотрятъ на границ.
Ольга нетерпливо пожала плечами.
– - Вы совсмъ малый ребенокъ,-- строго скачала она:-- вотъ плоды великосвтскаго воспитанія! Вы не имете понятія о самыхъ простыхъ вещахъ. Однако, старшій дворникъ ждетъ, и съ этимъ шутить нельзя... Могутъ быть большія непріятности... Кончится еще тмъ, что васъ попросятъ въ полицію и съ жандармомъ вернуть къ папаш и мамаш!
Нина сама чувствовала себя совсмъ глупой и безпомощной. Но вдругъ счастливая мысль пришла ей въ голову. Она вынула свой кошелекъ и подала Ольг нсколько рублей.
– - Милочка, ради Бога, вотъ... дайте ему это и попросите его оставить насъ въ поко... Можетъ быть онъ согласится...
– - Попробую.. Только это и остается.
Ольга ушла, а маленькая княжна стала тревожно дожидаться ея возвращенія. Наконецъ, дверь отворилась. По лицу Ольги было видно, что все благополучно.
– - Онъ взялъ,-- объявила она:-- и общалъ ждать три дня, вотъ все, чего я добилась. Я наврала ему жестоко; но это не суть важно. Значитъ, пока вы можете успокоиться... Однако, нашъ поступокъ -- подкупъ человка и отвращеніе его отъ исполненія обязанностей,-- нельзя назвать похвальнымъ! Или вы объ этомъ другого мннія, Нина?
Княжна ничего не отвтила. Она совсмъ даже не разслышала послднихъ словъ Ольги. Она сидла на диванчик, въ ямк возл выскочившей пружины. Въ мысляхъ у нея было смутно, въ сердц тяжко, и хотлось ей опять бжать, бжать подальше отъ всего, что она узнала и. увидла, но куда бжать, она ужъ не знала.
Между тмъ Ольга Травникова говорила и говорила. Ей, очевидно, пріятно было найти слушательницу, не знакомую еще съ неприглядной стороной жизни», какъ она выражалась. Она, можетъ быть, также чувствовала потребность въ участіи. поглядвъ ее хорошенько, Нина замтила въ ней большую перемну. Это ужъ не была прежняя свжая двушка, выдержавшая учебныя занятія безъ всякаго ущерба для своего здоровья. Лицо ея осунулось, какъ посл долгой болзни, щеки поблднли, наивные и удивленные каріе глаза обвились темноватой тнью.
И вотъ она передавала Нин разныя исторіи о своихъ подругахъ и знакомыхъ, и во всхъ этихъ исторіяхъ, несмотря на очевидное различіе характеровъ дйствующихъ лицъ и подробностей, чувствовалось поразительное, роковое однообразіе.
Тотъ же самый припвъ возвращался постоянно. Деньги, деньги и деньги. Нужда, нужда и нужда. Отсутствіе работы, сопряженное съ нищетой, отчаяніемъ, болзнью и всякими бдами. Найденная работа -- непосильная, плохо оплачиваемая, едва хватающая на удовлетвореніе самыхъ первыхъ потребностей, а въ результат такой непосильной работы опять разстроенные нервы, болзнь, отчаяніе и бды. Отъ начала и до конца -- непрестанная, подавляющая все остальное, погоня за кускомъ хлба, за работой. А цлъ, конечная цль этого чрезмрнаго, губящаго и тло и душу напряженія -- ея не было видно. Какая-то безсрочная каторга...
Нина слушала съ возраставшимъ ужасомъ. Она забыла ужъ о себ, о своихъ бдахъ и слушала. Ея чуткое сердце и ясная мысль охватывала сразу всю эту мрачную, безнадежную картину, понятную Ольг только въ подробностяхъ.
Такіе разговоры продолжались и до обда, и посл обда, изготовленнаго Генріеттой Богдановной, восторженно поданнаго Сашей и показавшагося Нин хоть и страннымъ, но очень вкуснымъ.
Наконецъ, она не выдержала.
– - Довольно, довольно Ольга!-- почти закричала она.-- Это все то же, все то же и ничего новаго, ничего боле ужаснаго быть не можетъ! Я не понимаю, какъ можете вы разсказывать эти вещи такъ спокойно, съ такимъ видомъ, какъ будто такъ оно и должно быть, какъ будто это... естественно!