Они почти миновали амбар, когда Яна, которая плелась, не глядя перед собой, оступилась и подвернула ногу. Кастор едва успел удержать ее от падения, обхватив здоровой рукой за талию. И все равно Яна вскрикнула. Боль в подвернутой лодыжке, видимо, оказалась достаточно сильной; на обычно бесстрастном лице девушки выступили слезы.

Впрочем, ди Туллу вскоре стало не до того.

После возгласа Яны раздались другие крики. Кричали мальчишки. Вскинув голову, рыцарь устремил взгляд на амбар и похолодел, поняв, что видит на крыше не четыре фигурки, а только три.

Юный стрелок провалился внутрь набитого ожившими мертвецами строения, когда доска под его ногой не выдержала. Этого не могло – не должно было! – случится («амбар, он ведь новехонький!»), так что ди Тулл ни на секунду не усомнился: злая судьба, против его воли сделавшая экзекутора хранителем «трофея», подбросила новое испытание.

Испуганные крики прозвучали эхом дурных предчувствий рыцаря.

– Уилл! Уилл провалился!

– Эта… – ошеломленно протянул староста. – Как же так-то?

Перед глазами Кастора мигом возникла жуткая картина: бесформенная масса черных, разлагающихся тел медленно наваливается на оглушенного падением мальчишку, источая смрад самой смерти. Толпа хучей представилась ему единым, сплошным организмом, эдакой гигантской медузой, с алчной неторопливостью подбирающейся к жертве, обволакивающей её, выставив дюжины жадных распухших конечностей, склонив синюшно-лиловые лица, оскалив из-за ошметков губ неполные ряды изжелта-белых зубов.

Первым порывом экзекутора было кинуться к амбару и сбить замок, но он тут же пришел в себя. Парня уже не спасти. Надо думать о живых. Не в последнюю очередь ди Тулла остановила резкая боль в плече, напомнившая ему о ране. С такой против полчища хучей не повоюешь.

– Парню конец, – тихо сказал Кастор, словно оправдывая свое бездействие. – Конец…

Однако судьба, злой фатум, старательно подготовившая очередную каверзу, вовсе не собиралась отпускать рыцаря так просто.

– Он держится! – высоким голосом крикнул с крыши один из мальчишек. – Держится! Уцепился за балку!

В подтверждение его слов из амбара донесся глухой перепуганный крик. Даже не крик – тоскливый вой, в котором слились ужас и мольба о помощи.

– Вытаскивайте! – взвыл староста. – Вытаскивайте, сучьи дети! Щас я веревку, щас…

Он засуетился, но вместо того, чтобы побежать за веревкой, начал метаться взад-вперед. Женщины со всех ног сбегались к злополучному амбару, привлеченные криками, однако ни у одной из них Кастор не углядел в руках ничего, хотя бы похожего на веревку. В довершение ко всему вместо того, чтобы прийти на помощь другу, двое юнцов на крыше орали друг на друга. «Это ты виноват!» «Нет, ты!» Третий, побледнев, склонился над проломом и даже сунул вниз руку, но тут же отдернул.

– Никак! Не дотянуться! – в отчаянии крикнул он.

– Веревка… – суетился староста.

Кастор примерился, чтобы дать старику оплеуху и заставить, наконец, действовать, но рок уже сделал следующий ход.

– Да никак! – плачущим голосом доложил с крыши приятель Уилла. – Никак веревкой! Балка толстая, он обхватом держится! Хоть одну руку ослабит – и канет вниз! К этим…

Вой-мольба Уилла стал громче, к нему присоединились вопли женщин. Хор ужаса…

К амбару уже спешил мрачный бородач, прихватив на бегу вилы. Ди Тулл невесело рассмеялся – про себя, конечно. Нет, от судьбы не уйдешь. Давно следовало понять это. С тех пор, как девушка рядом, обойти неприятности стало невозможно. Слабо утешает лишь то, что до сих пор из них удавалось выбираться… правда, неся потери. И что странно, выбирались только они двое. «Трофей» и его хранитель. Так было и тринадцать лет назад – с Вороном.

Когда она рядом, всегда есть шанс выпрыгнуть из пасти смерти. Просто остальные оплачивают этот шанс своими жизнями.

Даже тогда, в портале…

– …но только не сейчас.

Кастор ди Тулл даже не понял, что произнес эти слова вслух.

Нельзя! У тебя важное задание! Ты – хранитель «трофея»! А там всего лишь жалкий мальчишка, крестьянский сын! Его доля на чашах весов несоизмерима!..

Голос разума бился в висках, призывая опомниться, но ди Тулл привык принимать свои решения сам. Как бы то ни было, он – экзекутор!

Башни больше нет!

…Рыцарь ордена Очищающего Пламени. Кавалер Меча Славы…

…Цепной пес человечества.

А как же «трофей»?! Как же «трофей»?!

…Щит от тьмы…

Поправив повязку на плече, экзекутор ткнул замершего (наконец!) старосту и потянул из ножен меч. Ведлиг испуганно вскрикнул и попятился, увидев обнаженное оружие в руках рыцаря. До старосты дошло, что незваный гость собирается отворить амбар! Тряся бородой, Ханс вцепился в руку Кастора, но тот оттолкнул его.