Слышно, как открывают ключом входную дверь.

Это отец. Скажу… но только…

Шаги Отца в коридоре.

(Другим тоном.) Опять ты купил черствый хлеб? Неужели так трудно…

Открывается дверь, входит О т е ц.

О т е ц. Опять баталия. Бросьте вы это. Есть дела поважнее. Голоден я как собака.

М а т ь. Обед, наверно, уже готов. (Пошла на кухню.)

О т е ц (вслед). А за обедом я вам сообщу кое-какую новость. (Алексею.) Тебе привет от дяди Васи. Обижается, что не заходишь.

А л е к с е й. Да некогда. Вообще зайду как-нибудь.

О т е ц. Некогда. (Смотрит книгу на столе). Занимаешься?

А л е к с е й. Готовлюсь.

О т е ц. По программе?

А л е к с е й. По программе.

О т е ц. Как дела на твоих курсах?

А л е к с е й. Ничего…

О т е ц. Почему ты врешь нам?

А л е к с е й. Как — вру?..

О т е ц. Я был там. Ты уже месяц не ходишь на эти курсы.

А л е к с е й. Надоело… Снова чувствуешь себя десятиклассником.

О т е ц. Надоело! А для чего же врать? Я привык, что между нами тремя нет тайн. Ну хорошо, ты не сказал мне… Но матери… Сколько она пережила, чтобы устроить тебя… А ты…

А л е к с е й. Хорошо, я могу сказать…

О т е ц. Подожди. Сейчас не надо. Не надо ее волновать. Ты часто грубишь ей… Я понимаю, тебе трудно. А думаешь, матери легче? И вообще ты слишком долго готовишься… Пора заниматься делом. Пора…

Входит М а т ь.

М а т ь. Давайте обедать.

О т е ц. Сейчас, сейчас. Только руки вымою. (Уходит.)

М а т ь. Отец что-нибудь рассказывал?

А л е к с е й. Нет.

М а т ь. Да, он ведь обещал рассказать за обедом.

Пауза.

А л е к с е й. Тянуть время и ждать — это хуже.

М а т ь. Хорошо, я скажу.

Входит О т е ц.

О т е ц. Я готов.

Начинают обедать.

А л е к с е й. Какая же новость?

О т е ц. Что-то суп несоленый.

М а т ь. Я солила. Не знаю. Посоли еще. (Дает солонку.) Так что ты хотел рассказать?

О т е ц. Никогда ты хорошо не посолишь суп.

А л е к с е й. Какая же новость?

О т е ц. Это моя тайна.

А л е к с е й. Тайна?

О т е ц. Хорошо. Это касается нас троих… Да… Наташа с дачи еще не вернулась?

М а т ь (растерянно). По-моему, нет…

О т е ц. А разве, когда ты была у нее, она тебе ничего не сказала?

М а т ь. Она говорила, но я забыла…

А л е к с е й. А что?

О т е ц. Значит, ты говоришь, у нее дача большая?

М а т ь. Комнаты три, терраса…

А л е к с е й. А в чем дело?

О т е ц. Не мешай. Ну?

М а т ь. И сад большой… Вообще там места довольно красивые, речка, лес, летом много грибов…

О т е ц. Это правда?

А л е к с е й. Мы хотели сказать…

О т е ц. Нет, это я вам скажу. Представьте себе, какое произошло совпадение?

А л е к с е й. Отец!

М а т ь. Не надо. Я сама…

О т е ц. Почему это ты сама? Я все обдумал. Оказывается, Василию носит картошку человек как раз из того места, где Наташина дача. Вы можете себе представить?

М а т ь. Нет…

О т е ц. Как же вы не можете понять! (Смеется.) Это же счастье! Он, этот товарищ, сдает комнаты, недорого. И когда он снова приедет к Василию, тот с ним обо всем договорится и сразу же нам позвонит.

А л е к с е й. Отец…

О т е ц. Нет, я не понимаю, почему вы это как-то спокойно воспринимаете? Это же счастье — такое совпадение! Об этом проклятом Вострякове можно забыть. Не будет никаких Егоровых. Хорошо, легко. Очень вкусное второе сегодня.

М а т ь. Чай будем пить?

О т е ц. Попозже. Ого, уже пятый час! Как быстро летит время. Вот и воскресенье прошло. Я полежу. Почему по воскресеньям не приносят «Вечерку»? Непонятно.

Отец ложится на диван. Мать убирает со стола. Алексей сидит молча.