Задрожав, Навия сильнее закуталась в одеяло. Она радовалась, что у неё были тёплое пальто, перчатки с подкладкой и уютный капюшон. Мгновение спустя она замедлила скорость Нолы, так что дальше они продвигались только шагом, потому что на оживлённых улицах толпилось слишком много людей.

Перед крошечным входом в город образовалась очередь, а мужчины городской охраны были заняты тем, что проверяли новоприбывших, особенно тех, кто приехал на телегах. В противоположность к свободным кланам, города требовали пошлину, но за это давали защиту от воров и другого сброда.

Навии не понравились одетые в золотой и красный цвета мужчины городской охраны. Они жадные, неотёсанные, а иногда даже жестокие. Когда она была ещё ребёнком и сопровождала отца в Гальмен, она путешествовала под защитой мужчины. Теперь же на санях позади лежала и спала только Исаака. Две девушки со скудным товаром, да ещё перед самыми тёмными днями.

Взгляд Навии перекочевал вверх по стене, туда, где грифоны охраны взирали вниз с высоты. Их острые когти выступали над краем каменной платформы, а если они расправят величественные, золотисто-коричневые крылья, то их размер будет в несколько ярдов. Они потомки вымерших Божественных птиц, хотя и поменьше, но не менее впечатляющие. Однажды она была свидетелем того, как эти величественные существа охотятся, и ей не хотелось повторять этот жестокий опыт в ближайшее время.

– Исаака, - прошипела Навия, оглянувшись через плечо, когда более стройный мужчина из городской охраны поднял голову, и посмотрел ей прямо в лицо. Его губы изогнулись в непристойную улыбку, и он толкнул своего товарища в рёбра, который как раз был занят тем, что обыскивал карманы выглядевшей болезненно женщины. Когда та громко запротестовала, он оттолкнул её в сторону и показал жестом подойти ближе группе перед ними.

Навия спрыгнула со своего сиденья на вымощенную, покрытую снегом улицу, откинула капюшон и схватилась за упряжку Нолы, чтобы вести её.

– Исаака, мне, возможно, понадобится твоя помощь, - сказала она громко, и помятое лицо её спутницы появилось между шкурами.

– Мы что уже приехали?
– Её голос звучал заспанно.

– Да, и следующие на очереди у городской стражи.

Исаака, которая как раз потягивалась, замерла и выпрямилась. Наклонившись немного вперёд, она одним взглядом оценила ситуацию, проверила свою заплетённую косу и слезла с саней.

– Спасибо, что разбудила меня.
– Она упёрла руки в бока и подошла к Навии, когда непристойно улыбающийся охранник повернулся к ней.

– Ну, дорогуша?
– спросил мужчина, его рука лежала на рукоятке меча. Одна сторона лица была покрыта знаками старых, божественных иероглифов, чёрный цвет образовывал сильный контраст со светлой кожей. Как и многие в стране, городские охранники пытались защитить себя от зла, а нанесение символов на открытые места было одним из методов защиты. Это были старые иероглифы, которые Навия не могла прочесть. Для этого требуются более высокие навыки письма, а они чаще всего есть только у жрецов-послушников.

– Что вы хотите делать в Вене?

– Навестить моего прадедушку, - ответила Исаака уверенно. С похорон её родителей прошло десять дней. Вокруг шеи плеч и головы она обмотала дорогой шарф своей матери, синий материал шёл ей, и Навия заметила доброжелательный взгляд мужчины из городской охраны, который облизал губы.

– Так-так, прадедушку. А что у вас с собой?

Навия сделала шаг вперед, сложив руки, чтобы не выдать своего волнения.

– Я торгую шкурами из храноса. Мы прибыли с севера, хотим сбыть оставшиеся меха.

– Это ваш товар? – сплюнув, спросил тот, который поменьше. Его светлые волосы были завязаны на затылке, а борода заплетена в виде зигзагообразного узора, изображающего герб Вены. Он жевал кусок засушенного мяса.

Навия указала на оставшиеся пять шкур.

– Да, это все, что есть.

Стражник, поджав губы, рассматривал их товар.

– Откуда они?

– Ордин.

– Какой давности?

– Мой отец застрелил этих животных три луны назад.

– И где сейчас твой отец?

Навия ничего не успела ответить, так как в разговор вступила Исаака.

– Он улаживает в Мароне кое-какие дела насчет продаж, а потом поедет вслед за нами. Мы выехали пораньше, из-за Темных Дней.

Стражники обменялись взглядами.

– С вас три зафера, за животное и вас обоих,- сказал старший из них.

На его ладони Навия также обнаружила письменные знаки.

– Вы хотите нас надуть?

– Исаака,- прошептала Навия, однако ее спутница даже и не думала подчиняться городским стражникам. И это при том, что даже детям вдалбливали в голову не связываться с часто малооплачиваемыми и поэтому раздраженными мужчинами.