— Я решила попытаться стать вице-капитаном, — говорила Рукия. — По личным причинам, раньше это сделать было трудновато, но… Думаю, я готова принять такую ответственность.

— Поздравляю! — ухмыльнулась Татсуки. — Мы тебя поддержим, даже если это означает, что мы не сможем частенько видеться. Только, пожалуйста, забери Ичиго с собой. Он будет тем ещё балластом со всем этим своим нытьём, и раз уж он не поступает в университет, то мне придётся что-то делать с этой жалкой задницей.

Орихиме не могла себе представить ноющего Ичиго. Он, скорее, относился, к угрюмо тихим парням, которые вполне могут нормально жить дальше, только чтобы заверить самих себя, что они нисколечки не расстроены. Она хихикнула, потому что этим они были схожи с Улькиоррой. Недавно прекратили вещание одно из его любимых телевизионных шоу, и после отрывистого упрёка «С рейтингом всё было в порядке. Глупое решение с точки зрения бизнеса» он провёл весь этот час вне квартиры.

— Ты сегодня необычно тихая, Химе, — заметила Чизуру. — Боишься, что снова разревёшься? Я бы предложила утешить тебя, но твой психопат сказал, что оторвёт мне руки, если я к тебе притронусь.

— Именно поэтому ты сидишь напротив? — Рукия засунула трубочку в упаковку с соком.

— Не волнуйся, он не серьёзно. Это он так проявляет свои дружеские чувства, — сказала Татсуки таким тоном, словно она сомневается в собственных словах, но надеется, что так оно и есть. — Рё, ребят, мы тут!

Странная у них был шайка. Практически половина могла видеть духов или же каким-то образом была связана с ними, а другая же купилась на все эти россказни о том, что Рукия — ученица по обмену, а парень Орихиме старше её и, по слухам, связан с мафией (работа в магазинчике Урахары только подтверждала догадки: это место было «очень сомнительным»). Девочки подошли к компании, Мичиру как раз была в самом разгаре успокаивания измождённой на вид Рё.

— Что это с ней? — спросила Рукия. Рё тяжело опустилась рядом.

— Моя тупая двоюродная сестра выходит замуж и теперь нам нервы треплет. Вы можете в это поверить? Ещё месяц назад эта женщина напилась в день Святого Валентина, потому что ей тридцать два и она до сих пор одна, а затем на следующей неделе она случайно встречает любовь всей своей жизни. Ну и кто так поступает?

— Кто-то бесится, — произнесла Чизуру, попивая чаёк, отчего Татсуки фыркнула.

— Ты говоришь про свою сестру-библиотекаршу? — ахнула Орихиме.

— Именно о ней.

— О! Улькиорра-кун так обрадуется, когда узнает об этом! — воскликнула она, заработав удивлённые взгляды от половины компании, которая хотя бы немного его знала. — Он часто ходит в библиотеку, — они понимающе кивнули, но всё равно представить, что он мог быть рад за кого-то, было тяжело.

— Раз уж мы заговорили об этом, — Махана поддалась вперёд с ехидной улыбочкой на лице, — как у вас дела с твоим взрослым парнем? Вы уже, ну знаешь… занимались этим?

— Занимались чем?

— Хватит, Махана. И у них всё иначе, — бранила её Татсуки.

— А? Ну что за скука смертная! Ему же где-то больше двадцати, да? Парни в таком возрасте очень похотливы.

До Орихиме начало доходить. Её глаза расширились, жар прилил к щекам, и она отчаянно замахала руками перед лицом.

— Нет, Улькиорра-кун совсем не такой! Он не станет делать чего-то, что мне не по душе.

— Но ты же хочешь заняться с ним сексом, да?

— Нет! — пискнула она, изображая руками крест. Почему они вообще её о таком спрашивают? Их максимум с Улькиоррой за три месяца отношений заключался в поцелуях, и поцелуи были приятными. Они ей нравились. Зачем заниматься чем-то другим?

— Значит, ты его не любишь? — нахмурилась Мичиру.

— Необязательно любить человека, чтобы спать с ним, — сказала Рё, снимая крышку со своего бэнто. — Не слышала о сексе по дружбе?

— Достаточно! — так властно выпалила Рукия, что девчонки почувствовали, будто стоят по стойке смирно. Она взяла Орихиме за руки и «сломала» крест, который они образовывали. — Послушай, Орихиме, — мягко произнесла она, — многие будут тебе говорить, что в сексе нет ничего особенного, но это неправда. Это не просто какое-то там занятие по доставлению удовольствия. Поэтому никогда-никогда не занимайся им, пока не будешь готова, хорошо? Не занимайся им, если не становишься от этого счастливее. Не занимайся им, если тебя заставляют, а если такое случится, то скажи нам и мы разберёмся с этим парнем, поняла?

Орихиме сморгнула слёзы и кивнула. Она уже начала волноваться, но слова Рукии остудили её. Да и раз уж Улькиорру это не беспокоит, то не беспокоит и её.

В голове Орихиме зажглась небольшая лампочка. Она взглянула на Рукию, словно видела её в первый раз в жизни. Её руки тряслись, и смущение было настолько сильным, что она не могла заговорить.

— А-а-а ты и… и К-К-К-Куросаки-кун уже…?

Рукия застыла. Она сглотнула, отпустила Орихиме и почесала затылок.