— Без паники, — он посмотрел вверх, на последнюю непроверенную дверь в потолке. — У нас ещё есть шанс. А ну-ка, подними меня.

Несколько секунд Гермиона в недоумении смотрела на него, но потом сообразила и направила на него палочку:

— Левикорпус!

Тео поднялся к самому потолку и, не медля, с размаху вонзил кинжал в середину двери.

В следующее мгновение из стен, дверей, потолка — отовсюду раздался жуткий, режущий слух звук, напоминающий Воющие чары, только в несколько раз громче. Он бил по барабанным перепонкам с такой силой, что рябило в глазах, но Гермиона не растерялась и моментально применила заклятие Оглохни к себе и Нотту, который, паря под потолком, раз за разом с остервенением вгонял кинжал в покалеченную дверь.

— Чёртово... Министерство... Понастроят... лабиринтов! — ругался он после каждого удара, забыв о том, что Гермиона его не слышит, и наконец с треском выбил дверь. — Есть!

Не слыша радостного вопля гриффиндорки, он подтянулся на руках и выбрался на холодный каменный пол незнакомого коридора, тускло освещённого несколькими факелами вдоль стен.

— Финита! Эй, Грейнджер, теперь моя очередь! — крикнул он стоящей внизу Гермионе. — Готова? Левикорпус!

Под действием его заклинания Гермиона взлетела вверх. Тео подхватил её на руки, чтобы отнести подальше от опасного проёма.

— Ты вытащил нас! — воскликнула Гермиона, держась одной рукой за его шею. Её голос чуть дрожал, сердце — Тео чувствовал это даже сквозь одежду — неистово билось, а в глазах было ликование, смешанное со страхом от всего пережитого.

— Вообще-то ещё не вытащил, — возразил он, опуская Гермиону на пол, но мысленно уже праздновал победу: никогда раньше она не смотрела на него так... как на героя. — Я, конечно, понимаю, что у меня на руках ты забываешь обо всём на свете, поэтому напомню, что мы всё ещё в Министерстве.

— Я не забываю обо всём на свете! — вспыхнула Гермиона. Долго он ещё будет так дразнить её?

Тео тем временем вывернул карманы, чтобы достать из них уцелевшие обрывки схем Министерства. Сопоставив несколько кусочков пергамента, он склеил их заклинанием и зажёг яркий свет на конце палочки.

— Так, посмотрим... Если круглая комната была здесь, — он указал пальцем на соответствующий кружок на карте, — а куб примерно здесь, то... Мы вылезли тут.

— Нет, вот тут, — поправила его Гермиона, присмотревшись к рисунку. — Получается, теперь мы находимся этажом выше.

— На первом уровне, — подытожил Тео и мельком взглянул на наручные часы, которые не носил чёрт знает сколько, но сегодня взял с собой, чтобы знать точное время. Циферблат был заколдован от любых механических воздействий, поэтому обвал в Первой комнате ничуть его не повредил. — Сейчас...

Охренеть, сколько же мы провалялись в отключке?

— Ну? — поторопила Гермиона, не отрываясь от карты.

— Половина шестого. Во сколько Министерство начинает работать?

Гермиона медленно перевела взгляд на него, силясь вспомнить расписание работы самых ранних отделов, и в задумчивости закусила губу.

Тео с трудом сохранял самообладание.

Ну какого Мерлина она так делает? Неужели не знает, насколько соблазнительна!

— Ладно, нам в любом случае нельзя медлить, — сказал он с излишней твёрдостью и вновь навёл на себя и Гермиону Хамелеонские чары. — Пошли!

Они погасили палочки и направились в ту сторону, где по их предположениям находились лифты.

— Это этаж обслуживающего персонала, — шепнула Гермиона на ходу, то и дело озираясь вокруг. — А они приходят на работу раньше вс...

И словно в подтверждение её слов раздался скрежет спускающегося лифта, а затем — звук раздвигаемых решёток. Спрятанные под Дезиллюминационным заклинанием, они могли идти дальше, но после ночи, полной непредсказуемых опасностей, предпочли подстраховаться, скрывшись в ближайшем проёме между стенами.

И не зря. Едва они замерли и затаили дыхание, как совсем рядом послышались чьи-то шаги, и из-за поворота вышла целая бригада волшебников в тёмно-синих мантиях. Небольшой группой в семь или восемь человек они, сонные и неразговорчивые, прошли совсем близко от Тео и Гермионы и скрылись за поворотом.

— Скорее!

Ребята бросились к лифтам и как раз успели запрыгнуть в тот, на котором спустилась группа волшебников. Скрипя и громыхая, металлическая конструкция поползла вверх.

Тео был уверен, что лифт, на котором они поднимались, своим грохотом уже успел перебудить ту половину Лондона, которая ещё не проснулась после обвала в Первой комнате, и мысленно материл всё Министерство с его древними устройствами. Кроме того, лифт ехал нестерпимо медленно, и когда прохладный женский голос наконец произнёс «Атриум», Тео пулей выскочил из кабинки и помчался вперёд, не отпуская спешащую следом Гермиону и ловко маневрируя между первыми министерскими работниками, прибывшими на службу.