– У него есть невеста, и это ее забота и работа, а не твоя! – воскликнула миледи Аврора.

– Но матушка! – взмолилась девушка, - прошу дай с ним увидеться в последний раз. И больше я ни о чем тебя просить не буду и навсегда забуду про него.

– Нет, - качнула головой женщина, - ты его уже никогда не забудешь.

– Но отныне я буду выполнять все, что ты пожелаешь и выйду за того, на кого ты укажешь. Только дай мне увидеться с ним.

– Так тому и быть.

И вдруг Франсуаза умолкла, к ее лицу прихлынула кровь, вспыхнув розами на щеках, ее губы раскрылись в учащенном дыхании. Казалось, над нею пронесся полуденный ветер страсти, всколыхнув складки ее элегантного платья.

========== Глава 6. Создание света ==========

Граф Кент любезно предоставил белокурому близнецу пару дней на осознание случившегося, отправив в семейное поместье. И теперь Сиан сидел на своей кровати и пытался пересчитать пылинки, витавшие в воздухе. В последнее время сосредоточение на невообразимом количестве чего-то похожего на звезды, давало ему опору, в которой он так сильно нуждался. Дверь отворилась, едва слышно поскрипывая, и на пороге появился женский силуэт.

– К тебе пребыла милая леди, - обронила матушка голосом, полного странного отчуждения, - думаю у нее были на то веские основания, но знай, я долго не потерплю ее в своем доме. И тебе не советую, учитывая, что ты обручен, мой живой мальчик.

Последние слова всколыхнули пребывающее в забвении сознание белокурого юноши, и он сбился со счета. Строгие нотки матушки все еще витали в воздухе, когда в дверях показался новый силуэт. Хрупкая, полная женственности фигура престала перед глазами Идема, схваченная розоватыми тканями.

– Франсуаза?

Де Моник нерешительно переступила порог и аккуратно, сложив руки, остановилась подле кровати, на которой сидел белокурый юноша.

– Что ты здесь делаешь?

– Я не могла быть в отдалении от тебя, пока ты переживаешь такое горе.

Сиан поднял голову, и его взгляд сосредоточился на прекрасной нимфе, пожелавшей предстать перед ним в телесном обличии. Ее длинные золотые локоны, бережно уложенные, мирно покоились на плечах, доходя до груди, скрытой под легкой тканью. Она едва учащенно вздымалась и это немного раздражало.

– Ты не отвечал на мои письма и я уже не могла больше ждать.

Ее полный волнения голос касался его ушей, но его взгляд продолжал скользить по ее телу. Локоны по бокам были уложены назад, открывая взору юноши прелестное лицо с милыми глазу чертами: плавными, обтекаемыми, они манили к себе и успокаивали. Казалось она могла даровать ему спокойствие, в котором он так сильно нуждался, но вместе с тем она приносила раздражающие нотки.

– Тебя не должно быть здесь, - с усилием выдавил из себя эти слова Идем, - я обручен, у меня есть невеста, к которой я вроде бы что-то начинаю испытывать.

– Ты ведь видел ее один раз в жизни, - неловко обронила девушка.

– Но мне этого хватило, чтобы понять, что она необыкновенное создание, которое мне еще не встречалось. Такое нельзя упустить из рук, тем более, что оно уже в них.

Его внушительный взгляд испугал красавицу, а слова пронзали острее самых заточенных клинков, но она старалась не подавать виду, хотя наворачивавшиеся на глазах слезы выдавали ее лучше всяких слов и жестов.

– Значит нашим чувствам стоит подвести черту? – ее голос дрожал.

– Чувствам? – нагло усмехнулся прямо ей в лицо Идем, - думаешь они были между нами? Кажется это была детская забава, не более того.

– Ты лжешь, - упрямо качнула головой де Моник, - все эти письма не могли быть обычной игрой, которую вы ведете с девицами. Я не верю! – она отпрянула на пару шагов назад, - нет! Я решительно отказываюсь принимать эту правду! Мне нужна истина!

– Истина?

Сиан поднялся на ноги, сделав шаг навстречу к ней, и странный мрачный блеск окутал его темно-карие глаза.

– Словами все горазды бросаться, а ты уверена, что готова принять истину?

Каним глядела на небо, внимательно вглядываясь в горизонт, где линия, разделяющая землю и небеса, разграничивала миры. Столь сильного умиротворения, которое было внутри полукровки, она уже давно не ощущала. Душа Брайана наконец достигла врат и была принята в них с полными светлой любви объятиями. Святой свет все еще стоял перед глазами и окутывал все, на что падал взгляд юной воительницы. Боль, принесенная смертью товарища, отступила от сердца и унеслась на задворки памяти. Заносчивый белокурый близнец нашел свой покой, и теперь тотем души Стефании наконец вернулся в плотское прибежище, принеся покой и ее душе. Раскинув руки в стороны, Каним летела на белоснежной сове, с каждым новым взмахом становясь все ближе к своему жениху. Она спешила поделиться с ним радостной вестью и забрать часть боли. Привольный ветер ласково касался лица, путался в волосах и радостно играл с вьющимися локонами. Тихий напев сильфов убаюкивал. Впервые Стефания чувствовала истинную гармонию с этим миром.