Наконец, Синдзуру Родан, друг. Шатен, как и Тоширо, обладал духовной энергией, большей, меньшей – этого Мэирики сказать не мог, ибо оценить Тоширо достоверно не получалось.

И тут в комнату вошла ОНА.

Брюнетка в чёрном, она была красива той смертельной красотой, что ценили многие синигами. Бледна, холодна, девушка двигалась с экономной грацией хищника, чему совершенно не мешала телефонная трубка, приложенная к уху, по которой она с кем-то разговаривала, и сила её таким же необузданным хищником плескалась вокруг неё.

Новенькая оценивающе оглядела синигами в полицейской форме и вопросительно уставилась на хозяйку.

– Это Мэирики Кодомо, – представила его госпожа Хицугая, – Офицер сказал, что в нашем парке взорвался газ…

Черноокая красавица не сдержала улыбки. Холодало.

– Мэирики Кодомо, значит? – заинтересованно и величественно произнесла она, а на её губах заиграла зловещая улыбка, глядя на которую синигами вспомнил капитана одиннадцатого отряда. – Тогда, это тебя.

– Кто?

– Капитан.

С этими словами брюнетка бросила бедняге телефон, который до этого продолжала зажимать плечом, и уже с вполне земным видом и довольной улыбкой уселась за стол.

– Мой? – обалдел синигами, слабо понимая, что происходит.

– Ну, не мой же! – искренне возмутилась девушка и придвинула к себе тарелку с пирожным.

Мэирики встал, вытянулся, скорее, по привычке, оправил форму и поднёс аппарат к уху. Брюнетка не обманула, это оказался действительно капитан Кучики. С присущей ему холодностью и долей презрения капитан шестого отряда высказал подчиненному все претензии, которые на него успели вывалить Куросаки и Сой Фон. Тринадцатый офицер стоически терпел, потом, коротко заверив в выполнении всех наставлений, смог под конец выдохнуть и вернул телефон брюнетке.

– Почему он не позвонил тебе напрямую? – поинтересовалась та, кого капитан назвал Куросаки. – У тебя что, телефона нет?

– Есть… – он рассеянно вынул свою "раскладушку", которая была тут же изъята.

– Где ты взял это старьё? – допытывалась девушка, закопавшись в телефон. Остальные наблюдали с интересом, но вопросов не задавали.

– Так, – Мэирики затравленно огляделся. Раз уж с ней связывался Кучики, то, наверное, ничего страшного, – в двенадцатом отряде выдали…

– А что, Урахара уже не поставляет туда свои разработки? – Куросаки оторвалась от изучения телефона, и, не обращаясь ни к кому конкретно, добавила: – Жмоты, даже GSM-модуль не поставили!

– Э, а кто это? – спросил Кодомо, за что удостоился взгляда крайней степени удивления.

– Ты не знаешь, кто такой Урахара Киске?!! – синигами помотал головой. – Сихоин Ёруити?

– Вроде, клан Сихоин – одно из благородных семейств.

– И это всё?! – голос девушки просто сочился ехидством, остальные недоумевали. Похоже, они всё-таки не в курсе. Куросаки метнула взгляд в сторону блондина: – А имя Хицугая Тоширо тебе о чём-нибудь говорит?

– ? – Кодомо вопросительно указал на названного, но Карин закатила глаза и покачала головой:

– Всё с тобой ясно.

Хотя ясно ничего не было.

– Ладно, – Куросаки придвинулась к Мэирики, – покажу, как правильно обращаться с этой хренью. И всё-таки, не пожалей времени, заскочи в Каракуру к Урахаре, возьми нормальный коммуникатор. И надо будет взглянуть, как ты отчёты пишешь.

Карин немного удивило, что этот синигами не знал Урахару и Ёруити, но что касается Хицугаи?! Впрочем, её это даже обрадовало. Ещё не хватало, чтобы Готей завалился сюда полным составом, и проверку отчётов она затеяла, прежде всего, для того, чтобы Готей и дальше оставался в неведении. Урахара узнает, рано или поздно, и этого будет достаточно, а портить жизнь любимому человеку Карин не собиралась.

С приторной улыбкой вытолкав горе-синигами за дверь, Куросаки вернулась на кухню и устало села, глядя в никуда.

– Вот скажите мне. Есть некая полувоенная организация, старшие офицеры которой обладают уникальными способностями. Почему в Академии, в которой готовят её воинов, не рассказывают о них, хотя бы о командирах, которых всего-то тринадцать? Не преподают об их силе и слабости? – Карин подняла на ребят требовательный взгляд и пояснила своё негодование: – Ведь тогда можно лучше использовать их таланты! А если кто-то решится на предательство, то его слабости известны, и его будет проще захватить!?

– Ты противоречишь сама себе, – после короткого размышления возразил Синдзуру. – Если кто-то решится на предательство, то при таком подходе он первый, кто будет знать о слабостях своих противников. Что же касается первого резона, уверен, главнокомандующий этой организации прекрасно осведомлён о талантах своих подчинённых.

– Готов спорить, что эта информация есть в каком-нибудь архиве, – вставил своё слово Тоширо. – Или у службы безопасности. Я бы непременно держал копии полных дел там и там. А преподавать это новичкам? Хлопотно, неоправданно, чревато, Синдзуру прав.