– Ваше Величество, - в окно осторожно постучал Меар. Король недовольно отвернулся от Кары, воззрился на филина. – Вам неплохо бы повидаться с Освальдом.

– Да… Я сейчас, - с заметным сожалением кивнул Эдмунд. Ему как правителю Нарнии следовало соблюдать некоторые приличия, как бы ни было обидно тратить время на жесткого северянина.

– Будь справедлив, не только я по тебе соскучилась, - заметила Кара, усмехаясь. Юноша только глаза закатил. – Удели и ему толику своего внимания.

– Мне кажется, Освальд век бы меня не видел. Я успел ему так надоесть! – ответил Эдмунд со смехом, приводя себя в порядок. Еще бы, на встречу с королем нужно являться при всем параде. Это с Карой он мог позволить себе побыть растрепанным и несобранным, ведь та прощала ему и всклокоченные волосы, и помятый плащ. Только вот в грязных сапогах не позволяла заходить в дом. «Я только полы помыла, а ты грязь из самой Нарнии принес, негодяй!» - заявляла она язвительно, и вот теперь Эдмунд балансировал на одной ноге, натягивая обувь обратно. И ему было совсем не тяжело это делать.

– Мне ты никогда не надоешь, - улыбнулась ведьма. Король коротко поцеловал ее и, пообещав, что скоро вернется, вышел на улицу. Лицо и кожу тут же обжег холодный зимний ветер, швырнувший в глаза белый порошок и уносящий с собой животворящее тепло. Только вот до сердца ледяной вихрь не в силах был добраться, и огонь там пылал с прежним жаром.

– Вам следует проявлять больше почтения к Освальду, - заметил филин, по привычке устраиваясь на плече у короля. При таком ветре Меару было тяжело летать, и Эдмунд соглашался побыть недолго извозчиком. – Стоит соблюдать хотя бы видимость того, что Вы приезжаете по политическим делам.

– Так часто? Меар, Освальд и так прекрасно знает, отчего я так зачастил в его владения, - вздохнул юноша. – И мои к нему визиты только поддерживают маску, что давно стала прозрачной.

– Я ведь советовал Вам скрыть Ваши отношения, однако Вы отказались, - пробурчал филин, ежась от холода. Эдмунд и сам начал подмерзать – зимы в Теребинтии были на редкость жестокими.

– Мы ведь это обсуждали, Меар. Рано или поздно все тайное становится явным, а прячут только то, что считают неприемлимым, недопустимым… Нам нечего стыдиться. Так что не вижу смысла скрываться, а внимания к этой теме я и так не привлекаю.

– Действуйте, как считаете нужным, Ваше Величество, - вздохнул старый филин. – Вы ведь справляетесь и без моей помощи, все давно знаете…

– Без твоей помощи я не стал бы тем, кем сейчас являюсь, - серьезно ответил Эдмунд. – Так что не смей даже заикаться о своей бесполезности, а то ты так любишь о ней скрипеть.

– Годы идут, Ваше Величество, и никого не щадят, - буркнул Меар. Король хмыкнул и погладил его по жестким перьям.

– Тебе несколько сотен лет, о каких годах ты речь ведешь? Или общение со мной тебя так вымотало? Да, я тот еще собеседник…

Меар раздосадованно защелкал клювом. Эдмунд хитро прищурился: старого товарища он успел изучить вдоль и поперек и все его привычки знал не хуже своих. Когда нарнийцы вошли в замок Освальда, Меар с облегчением стряхнул с крыльев снег. Его примеру последовал и юноша. Цитадель севера промерзла до нижних этажей, но здесь хотя бы не было вымораживающего внутренности ветра, а значит, можно было жить. Короля встретил Маркус, правая рука Освальда и второй после него человек на острове. С ним Эдмунда связывали странные отношения, чем-то напоминающие товарищество. Дружба ними была невозможна: все же королю шел семнадцатый год, а матерый воин был раза в три старше. Однако Маркус явно испытывал к Эдмунду расположение. Их объединила охота на колдуний, а совместные охоты укрепили связь между двумя вынужденными компаньонами. С Освальдом юноша общался исключительно по делу, но его помощник явно был неплохим человеком. И это мнение было обоюдным.

– Вам стоило бы взять плащ потеплей, - произнес воин, склоняя голову перед высокопоставленным гостем. – Морозы крепчают день ото дня.

– Зато к цели движешься быстрее, - ответил Эдмунд, шмыгая покрасневшим носом. Меар взлетел с его плеча, а Онур, незримой тенью сопровождающий нарнийского правителя, подотстал, чтобы не мешать разговору. Он удивительно тонко чувствовал, когда его помощь требуется, а когда лучше отойти в сторону. – Как поживаешь, Маркус?

– Как обычно, король Эдмунд. Не жалуюсь, - сказал могучий северянин и усмехнулся. – Освальд жаждет встречи с Вами.

– Соскучился? Не знал, что меня в Теребинтии так любят… Или поссориться было не с кем, и Освальд заскучал?

– Не угадали. В горах отыскали еще прииски с драгоценными камнями. Он желает обсудить с Вами вопросы пошлин на торговлю.

– Надо же. Хотите Орландию в роскошных украшениях утопить? – ухмыльнулся Эдмунд.
– Коварный план.

Король скрылся за дверями кабинета северного правителя, а его спутники остались снаружи. Онур несколько смущенно опустил глаза. Маркус не обладал такой тактичностью и повергал своей суровой, могучей фигурой в невольный трепет. А когда смотрел так пристально, и вовсе становилось не по себе. Моряк редко заговаривал с воином и оттого вздрогнул, когда тот подал голос: