– Почему сейчас все в душевых испугались тебя?

Я уж думала, он не способен выглядеть еще более самодовольным, но ошиблась. Он несомненно просиял, поздравляя самого себя.

– Теперь я занимаюсь с охранниками.

– Ты начал заниматься, увидев, как сильно Ашера впечатлили мускулы и тренировки.

– У меня есть мускулы, и каждая гиена занимается, иначе просто не выжить, не обзаведясь шрамами.

– Да, да, у вас с верльвами так развита вся эта мачо-фигня, но у тебя в зале никогда не было той же нагрузки, что и у наших охранников, у тебя и сейчас ее нет.

Его гнев вернулся, всепоглощающий и яркий, и такой... сильный. И у этой злости был знакомый привкус. Я рассмеялась.

– Что смешного?

– Ашер рассказал тебе, что когда ты связываешь себя с вампиром, то вы обмениваетесь некоторыми чертами личности или особенностями?

Он нахмурился, и по его лицу все еще стекала вода.

– О чем ты?

– В твоем собственном гневе чувствуется немного гнева Ашера, а значит и он заполучил что-то от тебя. Жду не дождусь, узнать, что именно, ведь ты такая дрянь.

Гнев обернулся яростью, он сжал по бокам кулаки. Мое оружие еще лежало в шкафчике, и мы были один на один. Кейн был не так хорошо тренирован, но ему было проще дотянуться до меня, он был крупнее, превосходил по силе и скорости, и какую-никакую подготовку имел. Мне не хотелось, чтобы все вышло из-под контроля. Или хотелось?

– Почему охранники, которые сегодня тренировались с тобой, боялись тебя?

– Потому же, почему Нарцисс меня не тронет, это выведет из себя короля Жан-Клода.

– С чего вдруг ты прикрываешь свою задницу на тренировке Жан-Клодом?

– С того, что тронешь меня, и это навредит Ашеру, а Жан-Клод не позволит никому обижать своего златовласого мальчика-вампира, - он сказал это с яростью, подпитанной очень сильной завистью и ревностью.

Я вдруг осознала, что немного провоцировала его, потому что тогда могла бы ещё подпитаться. Я заметила, что гнева всегда не хватало. Вожделение можно удовлетворить, хотя бы на время, а гневом нельзя "наесться" досыта или успокоить как либидо. Я всегда была готова разозлиться.

– Что бы ты ни делал, сколько бы Ашер ни говорил о своей любви к тебе, ты всегда будешь знать, что не тебя он жаждет видеть в своих объятьях и своем гробу.

– Ашер любит меня.

– О да, любит достаточно, чтобы совершать невероятные глупости.

– Не говори так.

– Нарцисс волен наказывать своих гиен так, как ему угодно. Мы им не указ.

– Потому что зверь зова Жан-Клода не гиены, но они подчиняются Ашеру, моему мастеру.

– В какой-то степени да, но в этом случае... Нарцисс сделает исключение.

– Ты просто завидуешь.

– Чему? Тебе? Вам с Ашером? Мы с ним по-прежнему спим и практикуем связывание, потому что ты слишком ванильный. Ты долбанный псих в эмоциональном плане, но в спальне предпочитаешь исключительно миссионерскую позицию при выключенном свете.

– Ашер не сказал бы такого обо мне.

– Если бы ему не было так скучно с тобой в постели, Кейн, он бы не спал до сих пор со мной, Натаниэлем и Жан-Клодом.

– Заткнись, - и в голосе его слышалось рычание. Его зверь был центром его гнева, словно они переплелись сильнее, чем прежде.

– Если бы Ашеру не было до безумия скучно с тобой в кровати, он не позволял бы по сей день Ричарду связывать себя, прижимаясь своим телом к его. Ты знаешь, что Ашер, не задумываясь, позволил бы Ричарду поиметь себя.

– Это не правда!

Я позволила ему увидеть свою версию удовлетворенной не самой приятной улыбки и ответила:

– Правда, и ты знаешь это.

Он заорал и попытался ударить меня, но я увернулась гак, что он врезал рукой в шкафчик позади меня, и коснулась его обнаженной груди. Я кормилась на его ярости так же, как с Рикки чуть раньше.

Кейн осел на пол, и я прижала его руками вниз, впитывая всю эту восхитительную ярость. Я кормилась, пока не почувствовала, что мои глаза стали похожи на вампирские, и я знала, что он видит их как два коньячных бриллианта, сияющих на солнце, словно к карему добавился цвет пламени.

Я ощущала длинную нить, связывающую его с Ашером, надежнее обручального кольца, в котором тот отказал Кейну, и на гораздо более длительный срок. Но Ашер все еще был мертв и не мог подарить своему зверю зова силы, так что я чувствовала связь между ними, но вампир не мог помочь ему.