— Зачем? И меня побьешь, Рональд?

Он устало прикрывает веки, потерев лицо рукой.

Огромные синяки красовались под глазами, а кожа стала настолько бледной, что было не понятно, чем он занимается ночами. И этот жутко больной голос, будто он почти садится полностью.

— Нет. Ты же знаешь, я девушек не бью.

— Да? – она едко засмеялась. – Я думала, ты и парней без причины не бьешь.

Он тяжело вздохнул. Посмотрел по сторонам.

— Причина была, — с легким напором.

— Не расскажешь, какая?

Она раздражена. И весь вид говорит об этом: злые огоньки в глазах, вена на шее, руки в боках. Этот стук каблука о пол.

— Ты сама прекрасно знаешь, — его брови полетели вверх.

— Нет, — она оглянулась вдоль коридора, замечая какое-то движение вдали, — нет, не знаю. Я и не думала, что ты псих, Рональд.

Его зрачки сузились, а губы поджались. Он нетерпеливо смахнул со лба рыжие волосы.

— Я не псих, Гермиона. Ты могла бы и поблагодарить меня.

Он нагнулся вниз, потянув книгу за две странички, которые неприятно зашуршали. Аккуратно закрыл.

Она небрежно проследила за этим движением, фыркнув.

— Поблагодарить? – смешок.

Она направилась вперед размашистыми шагами. И услышала торопливые позади.

— За что? Что ты искалечил моего напарника? Спасибо.

Она даже голову не повернула, почувствовав, что парень ее нагнал.

— Он оскорблял тебя. Мне это не понравилось. Ты моя подруга, и он не имеет права…

— А вот это, — она остановилась на месте, — не твое дело. И решать, что он там имеет, а что – нет, точно тебя не касается. К тому же, о защите я не просила, если моя память мне не изменяет.

— То есть, ты хочешь сказать, что для тебя это нормально?

Он изумлено покосился на нее.

— Нормально что? – она еле держала себя в руках.

Терпение медленной ниточкой выходило из нее. Еще чуть-чуть, и она психанет.

Он стал напротив нее, спрятав книгу в рюкзак.

Его брови встретились, а лоб нахмурился. Он беспомощно развел руками.

— Нормально, что он пользуется тобою.

— Что?.. – она округлила глаза. – Да откуда ты там можешь знать, что он делает?

Пользуется? Да что он может понимать в их с Драко отношениях?

— Послушай, Гермиона! – он мягко коснулся ее плеча, но она отдернула его, ударившись о стену.

— Да не хочу я ничего слушать!

Она потерла ушибленное место и возобновила быструю ходьбу, удаляясь в темень коридора. Длинная мантия волоклась следом, словно тень.

— А ты послушай! – крикнул ей в след Рон, поправив завязку на штанах. И почти сразу же поравнялся с ней. – Это вижу не только я.

— А кто еще? – она бросила на него раздраженный взгляд.

Он потупил глаза, поджимая губы. Струйка пота скатилась по лицу.

Он решался.

— Джинни, например. И Гарри еще.

— Ах Джинни и Гарри еще. Слушайте, следопыты, сюда, — она зло ткнула ему пальцем в живот, вновь остановившись около поворота. – Что делает Драко вас волновать не должно, ясно? И не доставай меня больше своим обществом.

Она слегка оттолкнула его в сторону и почти бегом скрылась за углом.

Че-е-ерт.

Ей казалось, что она взорвется прямо сейчас, не дойдя до Большого зала.

Мерлин, Мерлин!

Он что, окончательно поехал, сидя в своей гостиной? Это что за бред он сейчас нес?

Нашелся мыслитель, блин. Главный по личным делам! У самого-то опыта, как…

Она с быстротой гепарда залетела в раскрытые двери, вновь налетев на кого-то.

И что за день?

Обычно-простой.

Тарелка с грохотом ударилась о пол, и девушка в испуге отлетела назад, в ужасе глядя на осколки.

— Я все уберу, — сказал спокойный голос.

Парень наклонился, сметая осколки палочкой. Затем посмотрел на Гермиону отстранёно, словно ее здесь и не было.

— Привет.

— О.

Это что, специально сегодня? Или как, день выдался особенно хорошим?

Она почесала затылок, отводя глаза. Видеть его ей хотелось меньше всего, особенно в таком состоянии.

— Ты что-то хотел?

— Эм… вообще, да.

Она подняла на него глаза.

Черт. Даже сейчас она боялась его такого, чем-то разбитого и удрученного. Она не могла выкинуть из головы тот день, когда он предал ее, рассказав все МакГонагалл. Тот день, когда чуть не изнасиловал ее. Когда, такое чувство, преследовал ее.