В трубке несколько минут была одна тишина, которая прерывалась сигналами машин и негромкой музыкой из баров в квартале.

— Если я тебе срочно нужен, я могу приехать, — наконец сказал он.

Кэролайн с сожалением посмотрела на свое черное платье от Зиммерманн, которое она с такой тщательностью подбирала, и дорогущее белье, которое было под ним. По ее гениальному плану сегодня Клаус с особой тщательностью должен был снять его с нее. Обида и злость разлились по телу, как свинец.

— Не бери в голову, — тихо сказала она. — Если нужно оставайся.

С этими словами она положила трубку, даже не попрощавшись с ним.

Джейн обеспокоенно посмотрела на нее и присела на диван рядом с ней.

— Все в порядке, мисс?

Кэролайн громко цокнула языком.

— Ужина не будет, Джейн, — вампирша поднялась с дивана и двинулась к лестнице. — Сворачивайте здесь все, — зло крикнула она рабочим, а те в свою очередь непонимающе уставились на нее.

Кэролайн начала подниматься по ступенькам, громко стуча каблуками. Добравшись до вершины лестницы, она вдруг резко повернулась и оперлась о перила балюстрады, смотря вниз.

— А хотя, знаете, — громко крикнула она, — можете не убирать. Пусть приедет и посмотрит, от чего он отказался. Если, конечно, он соизволит сегодня переночевать дома.

Рядом с ней стоял подсвечник, который еще не успели убрать, и Кэролайн, сама не понимая, что делает, схватила его и со всей силы бросила, сбив им ту самую вазу, которую еще десять минут назад с такой тщательностью поправляла.

***

— Ну? Что скажешь, Марселус? — Голос Клауса был слегка заглушен веселыми криками туристов, гуляющих по главной улице квартала и даже не подозревающих о том, какой ужас творился в темном переулке рядом с Бурбон-Стрит. Только что закончив говорить по телефону, гибрид вернулся к своему прежнему занятию. Кэролайн бросила трубку, и он даже не сомневался, что она разозлилась. Он извинится позже, а сейчас у него была более важная проблема.

Марсель сидел на корточках и откинул несколько прядей темных волос с лица девушки перед ним. Мертвой девушки.

Мертвые, стеклянные глаза были направлены в ночное небо, и если бы не огромная лужа крови вокруг нее, казалось бы, что девушка с трепетом смотрит на звезды перед собой. Но в действительности все было иначе. Мерзкая кровавая картина, представшая перед зрителями, заставляла кровь стынуть в жилах.

За всю свою жизнь, включая тот период, когда Марсель был у руля Французского квартала, он видел много убийств. Он сам убивал, иногда чересчур изощренными методами, но только чтобы показать свою власть. Он видел сотни убийств на Второй Мировой войне и научился спокойно относиться к смертям. Но картина перед ним впервые за долгое время поселила в его душе чувство тревоги и неопределенности в завтрашнем дне.

Это была одна из «Новичков». Сэм, если быть точным. Марсель обратил ее несколько месяцев назад на последнем отборе. У девочки был большой потенциал; кроме того, она обладала качеством, которое Марсель больше всего ценил в своих «ребятах» — преданность и благодарность за то, чем ее наградили. Бессмертием и новой семьей. Сэм пользовалась особым расположением Марселя, ведь она так сильно напоминала ему Давину, какой та была в самом начале ее знакомства со сверхъестественной жизнью Нового Орлеана.

Буквально несколько недель назад Сэм рассказала ему о том, что год назад осталась круглой сиротой, когда ее мать и отца убил какой-то наркоман, чтобы добыть себе двадцатку на дозу. В один момент у нее ничего не осталось. Она была совсем одна и в надежде избавиться от всего, что связывало ее со старой жизнью, она приехала в Новый Орлеан.

Сейчас же тело Сэм неподвижно лежало на мокром асфальте в неестественной позе. Руки были раскинуты по сторонам, также как и ноги.

Черные вены по всему телу и неестественный оттенок кожи говорили о том, что жертва перед ними — вампир. Кроме того, что глаза девушки были широко открыты, по щекам стекали кровавые слезы. Грудь девушки была вспорота, демонстрируя тот факт, что у нее отсутствовало сердце.

Марсель в последний раз осмотрел тело и поднялся с корточек.

— Это послание, — просто констатировал он, отводя глаза от тела. Ему было неприятно смотреть на это.

Клаус, стоявший чуть поодаль, негромко рассмеялся, услышав эту фразу, но Марсель ясно услышал нарастающий гнев в этом смехе.

— Послание? — первородный оттолкнулся от стены и подошел чуть ближе. — Послание, говоришь.

Клаус остановился рядом с ним и созерцательно посмотрел на труп у их ног.

— Я даже могу открыть тебе небольшую тайну, от кого оно, — и не дождавшись ответа, гибрид громко проговорил, — от Виктора, члена ковена которого три недели назад убила одна из твоих новичков, Марсель!

— Мы не знаем этого наверняка, — сцепив зубы, проговорил Марсель.

Клаус круто развернулся в темном переулке и смерил его гневным взглядом, он даже не пытался сдержать свою раздраженность всей этой ситуацией.

— Пытаешься убедить в этом сам себя, Марселус? Потому что я, в отличие от тебя, не склонен питать ложных иллюзий относительно происходящего.

— Остынь, Никлаус. Марсель прав — мы не знаем наверняка, он ли это, — до этого стоявший чуть в стороне и хранивший молчание Элайджа наконец решил высказать свое мнение.