Судя по нахмурившемуся Тоссеру, его мнение совпало с мнением Бэйкера.

– Что ты здесь делаешь? – подозрительно спросил мужчина. – И почему ты бежал?

– Тосс, я… - устало начал Джереми. А потом ухмыльнулся и добавил. – Ладно, я украл у Стюарта дочь, а эти двое пленников – мои друзья.

Тоссер моргнул, а потом, как и надеялся Бэйкер, залился хохотом. Вся его подозрительность ушла вместе со смехом.

– Сказал, так сказал, - выдавил мужчина, все еще посмеиваясь. – А если серьезно, Лонгард?

– Я сбежал из столовой, потому что снова избил Дуэйна, но на это раз попался на глаза Эдвардсу. Они решили, что я пошел в «Си», но я решил, что здесь безопаснее.

Тоссер снова широко ухмыльнулся:

– И что теперь?

– Тосс, только пообещай, что никому не расскажешь, даже если сейчас пошлешь меня к дьяволу, - попросил Джереми.

– Договорились, - пожал плечами его тезка. – Чего тебе надо-то?

– Я… - Бэйкер приложил всю силу воли, чтобы не покраснеть при следующих словах и не сдать себя с потрохами. – Я… Хочу эту женщину, Тосс. У меня уже почти полгода никого не было.

– Да она же страшная и худая! – поморщился тот.

– Да мне хоть какую-нибудь! – в сердцах бросил Джереми. Времени на то, чтобы скрыться, у него оставалось все меньше и меньше. Прочесав корпус «Си», люди Стюарта непременно придут сюда и…

– Касательно нее не было никаких распоряжений, - кивнул Тоссер, вставляя ключ в замочную скважину и отпирая дверь. – Проходи, только постарайся, что потом все выглядело как можно более… Незаметно. Ладно?

– Спасибо, друг, - Бэйкер вытащил из ближайшего кольца факел, хлопнул Джереми по плечу и, прежде чем скрыться в камере, сделал молящие глаза. – Если меня будут искать…

– Никому, - подтвердил Тоссер. – Что я, враг себе?

Голоса за дверью вырвали Джулию из глухого небытия. Женщина пошевелилась, вытаскивая из-под себя затекшую левую ногу и только тут поняла, что один из голосов ей знаком.

И он принадлежал Джереми – Невилл готова была поклясться в этом.

– Басс, - тихо позвала она, поднимая голову с его плеча. – Басс, проснись.

Она не знала, сколько прошло времени с тех пор, как у Монро начался жар – но это произошло точно после того, как его единственный раз вытаскивали из камеры – как раз тогда, когда Джереми впервые переступил их порог.

Когда Себастьяна вернули обратно в бессознательном сознании, Джулия долго не могла заставить себя к нему подойти, трясясь от мысли о том, что его снова пытали. Но никаких новых повреждений на Монро не нашлось, царапины на правом виске и шее оказались промыты, а рана на правом боку стянута аккуратными черными стежками.

С чего Стюарту отдавать такой приказ, Джулия так и не поняла.

Невилл не стали связывать, посчитав, что она не представляет угрозы, а одно запястье Басса все время оставалось прикованным к столбу, хотя длина цепи позволяла дойти до железного ведра, стоявшего в углу камеры.

Джулия обняла лицо Монро руками, в очередной попытке вырвать его из бреда:

– Басс, проснись!

Себастьян крепче прижал ее к себе свободной рукой, но глаз так и не открыл.

Они спали обнявшись с тех пор, как Джулия случайно обмолвилась, что в камере очень холодно. Женщина долго сопротивлялась моментальному предложению Монро, но сдалась, когда тот обвинил ее в глупости и эгоизме – потому что получив воспаление легких, она не поможет Тому быстрее себя спасти.

Что же касалось прихода Бэйкера и его слов «Том здесь»… Себастьян усмехался, потому что смеяться было слишком больно, и говорил, что ей все приснилось. И Джулия почти поверила ему, потому что Джереми больше не появлялся, а она уже потеряла счет охранникам, приносившим им еду после него.

Но голос за дверью без сомнения был голосом Джереми.

– Басс! – еще раз шепотом повторила Джулия.

На этот раз веки Монро дрогнули, и он открыл мутные от жара глаза.

– Ты слышишь? – Невилл указала пальцем на дверь.

Себастьян нахмурился, прислушиваясь.

– Да мне хоть какую-нибудь! – раздался с той стороны громкий, раздраженный голос Бэйкера.

– Джереми, - констатировал Монро, облизывая пересохшие, растрескавшиеся губы.

Джереми что-то вполголоса ответили, после чего в замке провернулся ключ и дверь их камеры скрипнула, приоткрываясь.

Даже тусклый свет факела резанул по глазам, и Джулия зажмурилась, зарываясь лицом Себастьяну в плечо.

Бэйкер замер на пороге, неотрывно глядя на них, лицо его побледнело, а глаза приняли какое-то остекленелое выражение.

– Что, все настолько плачевно? – криво улыбнувшись, хрипло выдохнул Монро, глядя на друга.

Его слова привели Бэйкера в чувство. Он закрыл за собой дверь, почти бегом приблизился к ним и опустился рядом на одно колено.

– Что случилось? – напряженно спросила Джулия. – Где Том?