Шрифт:
– Да ладно тебе, я слышала по радио, что Балет Джоффри ставит Щелкунчика, даже с участием Оркестра Чикагской Филармонии.
– Прекрати.
– Что?
Официантка поставила между ними рулетики из салата-латук вместе с двумя бокалами пино гриджо. Алли подождала, пока они не останутся одни, и пошла в открытую.
– Я знаю, что ты делаешь.
– Просто пытаюсь запланировать поход в балет, - сказала Харпер, отправляя в рот рулетик зелени.
– У тебя нулевой интерес к балету. И классической музыке, если на то пошло.
Харпер запила рулетик остатками мартини.
– Мужчины в обтягивающих штанах, что тут не любить?
– И если бы речь шла о ночном показе фильма Кэри Элвеса , я бы тебе, может, и поверила.
– Может, я просто хочу расширить горизонты.
– Харпер, я знаю, что это за суббота, - Алли взяла прохладный лист салата и наполнила его острой курицей.
– И хоть я и ценю то, что ты пытаешься сделать, мне не нужна нянька на выходные.
– Это был бы день твоей свадьбы.
– Честно говоря, не могу сказать, что у меня бессонница из-за того, что я не стану маркизой Лорен в эту субботу.
– Ну, я знаю, - сказала она, закатывая глаза.
– И слава Богу, потому что меня текущее положение дел не устраивает, а так я бы вообще тебя не увидела после того, как Джулиан умыкнул бы тебя в свой замок во Франции, - ее плечи опустились.
– Но все же ты совсем не так планировала эти выходные, и я подумала, что может быть...
Алли опустила рулетик обратно на тарелку и посмотрела подруге в глаза.
– Я много чего хотела бы изменить в своем прошлом, но о разрыве помолвки с Джулианом не жалею.
На мгновение между ними повисла тишина, и потом Харпер продолжила.
– Я его видела.
Ей не нужно было больше ничего говорить, потому что и, не спрашивая, Алли знала, кого она имеет в виду. И как бы ей ни хотелось вытянуть из Харпер каждую деталь, что он сказал, какой галстук надел, она сопротивлялась этому желанию. Вместо этого она сосредоточила внимание на закусках, пытаясь изобразить полное безразличие.
– А они ничего, - сказала она, промокая уголок рта салфеткой, - для диетического блюда.
– Как-то вечером я зашла в 'Бутон розы', чтобы забрать заказ на вынос, и он был там. Один.
– Уверена, он встречался с кем-то за ужином, - рулетик салата внезапно стал ощущаться точно камень в животе - ей вспомнилось лицо Софии.
– Неа. Ему уже принесли еду, хотя он едва поел. Как по мне, похоже, он только потягивал свое каберне и предавался воспоминаниям.
Очевидно, Харпер не собиралась менять тему. И вопреки здравому смыслу Алли заглотила наживку.
– Предавался воспоминаниям? И это ты поняла по виду мужчины, пьющего вино в итальянском ресторане?
– О, а я не сказала, что он сидел за тем же столиком, где вы бесконечно долго пили кофе и 'просто разговаривали о работе'?
– Нет, не сказала.
– Ну так вот, говорю. И выглядел он дерьмово, - буднично добавила она.
– Внеурочные рабочие часы, вероятно, дают о себе знать.
Алли понятия не имела, как Хадсон управлялся с конгломератом вроде Чейз Индастриз и в то же время почти постоянно присутствовал в Ингрэм. Неудивительно, что Харпер решила, будто он выглядит дерьмово - он, должно быть, очень мало спал.
– Я не имела в виду, что он выглядел так, будто страдает от недосыпа, - сказала Харпер, точно прочитав ее мысли.
– Я имела в виду, что он был похож на человека, чье сердце разбито.
Алли издала резкий смешок.
– Теперь я знаю, что ты совсем завралась.
– Почему?
– Ты так говоришь, будто ему нужен был мужской вариант 'свернуться дома в спортивных штанах и килограммами есть мороженое'. Ни за что не поверю, что Хадсон Чейз расклеился. Он всегда сдержан и собран, готова жизнью поклясться.
– Он был сдержан и собран, по крайней мере, внешне. Боже, этот мужчина даже в свои худшие дни выглядит безупречно. Я хочу сказать, ну как его глаза могут быть настолько голубыми? И эти волосы. Клянусь, однажды я все же проведу по ним пальцами, и плевать, кто на это будет смотреть. Но когда он спросил о тебе...
– Ты говорила с ним?
Харпер кивнула.
– Просто обычный светский разговор - когда же будет первый снег, как отметили День Благодарения и все такое. Ах да, постскриптум: он тоже работал все праздники, так что вы друг друга стоите.