– Да, что-то вроде этого. Глупо, да?

– Ну почему же сразу глупо? Я бы сказал наивно.

Они немного помолчали.

– Но что случилось с тем мальчиком? С Уолтером Фиггсом? И за что Хагрида лишили волшебной палочки? И как с Гарри произошла эта кошмарная трансформация?

Снейп повертел бокал в пальцах.

– Насколько я знаю, Хагрид притащил в школу какую-то редкостную гадость. А потом выпустил это в Запретный лес. Эти твари размножились и стали нападать на кентавров.

– Гигантские пауки, - кивнула Гермиона, - акромантулы.

– Понятно. Полный идиотизм с его стороны. Такие вещи всегда строго наказывались, он еще дешево отделался.

– Понятно.

– По поводу привидения в женском туалете я, пожалуй, расспрошу Кровавого Барона. С Поттером сложнее.

– Видите ли, профессор, эти искры в его глазах. Вы же видели…

Он кивнул.

– Это очень странно. Большинство черномагических ритуалов никак не влияет на внешность проводящих их колдунов. Либо Поттер практиковал что-то совершенно неизвестное, но в это мало вериться, либо какой-то ритуал проводили над ним.

– Какое-нибудь посвящение?

– Не хочу гадать.

Снейп потер переносицу.

– Мерлин! Василиск в школе! Оборотень-преподаватель! Игры с хроноворотом! Да там всех в Азкабан нужно было сажать. Как только дети в этой школе выживали?!

– Ну, допустим, василиск никуда не делся, - напомнила Гермиона.

Снейп неопределенно хмыкнул.

– И еще единственный потомок и наследник самого Салазара Слизерина!
– проговорил он.
– Это… это самое невероятное!

– Это секрет!
– напомнила Гермиона.

Снейп вздохнул.

– Я, пожалуй, скажу паре семикурсников, чтобы присматривали за вами. Они не откажутся после сегодняшнего случая в Больничном крыле. А потом попробую выяснить что-нибудь в Министерстве. Возможно, есть какая-нибудь лазейка, что-нибудь вроде особого статуса для единственного потомка одного из Основателей.

– Тогда у меня отберут Арчи, - сказала Гермиона.
– Вся эта чистокровная компания не переживет, что приемная мать потомка самого Слизерина — магглорожденная.

– Не отберут, - покачал головой Снейп, - магия мальчика признала вас его матерью. Конечно, в восторг никто не придет, кое-кто побурчит. Но поступят в интересах ребенка. А это значит, что ребенок должен оставаться под вашей защитой. Ну и возможно, под моим покровительством, как главы Дома Слизерин.

– Я уже чувствую себя фамилиаром Дома Слизерин, - проворчала Гермиона, - скоро вся ваша компания начнет меня почесывать за ухом при встрече.

– Любите, когда вам чешут за ухом?
– спросил Снейп.

– Нет!

– А что вы любите?

Она промолчала, чувствуя как щеки заливает краска. Снейп одним гибким движением встал из кресла, одним шагом преодолел расстояние до кресла Гермионы и склонился над ней. Она закрыла глаза.

– Это же только игра?
– тихо спросила она.
– Для конспирации, да?

– Не только, - промурлыкал Снейп, склоняясь к ее губам.
– И ты вполне можешь звать меня по имени, мне будет приятно.

Гермиона не ответила. Впрочем, ее только что лишили такой возможности. Поцелуи Северуса становились все настойчивее, его руки нетерпеливо расстегивали пуговицы на блузке бывшей ученицы. Гермиона обняла его за шею, привлекая к себе. Он рывком поднял ее из кресла…

В камине полыхнуло зеленым.

– Ээээ, Северус, - послышался голос Дамблдора, - я ищу тебя по всему замку.

Снейп сдавленно выругался.

– А вы не могли бы поискать меня еще и где-нибудь в другом месте, директор, - довольно грубо ответил он, поворачиваясь спиной к камину.

Гермиона спрятала лицо у него на груди. Ну что же это такое?!

– Извините меня, - твердо сказал Дамблдор.
– но разговор не терпит отлагательств.

– Хорошо, через десять минут, - прошипел Снейп.

– Жду, - ответил директор и убрался из камина.

– Сссскотина, - проговорил Снейп, - наверняка какая-нибудь ерунда.

Он с явной неохотой отпустил Гермиону. Она смотрела на него блестящими глазами.

– Ты не против, если я вернусь?
– спросил Северус, нежно отводя прядь волос от ее щеки.

Она покачала головой.

– Так «да» или «нет»?

Он снова склонился к ее губам. Она вся потянулась к нему. Другого ответа не понадобилось.

Снейп с трудом оторвался от нее. Подошел к камину, взял немного дымолетного порошка из горшочка.