Шрифт:
Скорпиус заволновался. Сердце в груди забилось быстрее, если оно, конечно, вообще билось, взгляд покосился на дверь, за которой томилась «живая-мертвая» Доминик.
— И что ему надо? — поинтересовался Скорпиус.
— Издеваешься? — строго сказал Малфой. — Сначала ты из мертвых восстаешь, потом, годы спустя, срываешь похороны своего друга, который тоже оказывается живым, и это я молчу о том, что вы тут гоните эликсир бессмертия.
— Его Тервиллигер прислал, — закатил глаза Скорпиус. — Он сам сказал.
— Это как раз логично. Тервиллигеры, поговаривают, держат подлинный камень Николаса Фламеля на хранении. А тут появляется какой-то гувернер, который создает точно такой же и воскрешает людей, — буркнул Драко. – Ну, не факт, что у тебя получится, конечно, «воскрешение» Луи я не считаю чудом, скорее его просто не добили, оборотни же страх какие живучие. Думаю, в прессе все переврали, а его родня просто драматизирует. Но Тервиллигер занервничал, ведь создай ты камень, их род потеряет значимость.
Скорпиус слушал и обалдевал с каждой сказанной фразы. Отец определенно не шутил, хотя очень хотелось, чтоб сейчас строгий Драко хлопнул его по спине и улыбнулся: «Шутка, сынок!».
— В этой Инквизиции знают о магии и волшебном мире? — спросил Скорпиус.
— Нет, конечно.
— А если узнают?
— Им сотрут память, все по «Кодексу Чародеев» от 1614 года.
— А почему нельзя стереть ему память о бессмертных? Вампирах? Оборотнях?
— Потому что магические существа не подлежат этому закону.
«Магические существа?!» — возмутился в своих мыслях Скорпиус. — «Магические существа? Как флоббер-черви? Луккотрусы?»
И как-то сразу проникся законом о защите прав оборотней, который пытались продвигать супруги Уизли в Визенгамоте.
— Мы человечнее многих, — холодно заметил Скорпиус. — Магическими существами называйте волшебников, которые так не считают, гребанные людишки.
— Я процитировал закон, — пожал плечами Драко. – Но, скажи, это единственное, что тебя беспокоит? То, что ущемляют ваши права, а не тот факт, что этот мужик за окном в любой момент может забрать вас троих куда-нибудь в свою священную обитель чтоб, если не дьявола из вас изгонять, то на опыты сдать?
— Четверых, — тихо сказал Скорпиус.
— Жену Луи я не считал, эта баба настолько мощная, что она из самого дьявола бесовщину изгнать может только своим криком. Эту женщину минимум автобусом инквизиторов брать надо, — покачал головой старший Малфой, припомнив, как громко и страшно орала из окна больницы Джейд Галлагер, когда Скорпиус и Альбус поступили с «сибирской язвой».
— Четверых без жены Луи, — снова тихо сказал Скорпиус и опустил голову.
Старший Малфой схватил сына за подбородок и, прищурившись, взглянул ему прямо в глаза.
В такие моменты Скорпиус был готов орать: «Я всех сдам!».
— Пап, ты только ори, — пискнул Скорпиус.
И, осторожно вырвавшись из захвата отца, толкнул скрипнувшую дверь в свою спальню.
— Скорпиус…
— Правда, она красивая?
— Скорпиус…
— И мы поженимся в декабре. Ну или когда она сможет ходить…
— Скорпиус…
— … ну, а если не сможет, все равно поженимся, можешь уже собирать гостей, платье ей я выбрал уже.
Мистер Малфой, едва пришедший в себя после глубокого обморока, сидел в кресле, подальше от кровати с покойницей, и, прижимая ко лбу стакан с холодной водой, шептал что-то себе под нос.
— Сыночек, — прошептал Драко, умоляюще взглянув на гувернера. — Только честно, тебя ничего не смущает?
Скорпиус, сидевший на кровати, сложил костлявые руки Доминик на груди и пожал плечами.
— А что-то должно смущать? — удивился он.
— ТЫ СОБРАЛСЯ ЖЕНИТЬСЯ НА МЕРТВОЙ ДЕВУШКЕ!!!
— Ну и что? — захлопал глазами Скорпиус. — Зато она не болтлива.
— Она мертвая!
— У всех свои недостатки, папа.
— Да она же разлагается! — простонал Драко, указав пальцем на трупные пятна на коже Доминик.
— Можно подумать, моя шестая мачеха выглядела лучше, — закатил глаза Скорпиус. — И потом, это временно.
Старший Малфой снова откинулся на спинку стула.
— Значит, у тебя получилось. Ты создал камень, — протянул Драко, как-то без должного восторга.
Скорпиус кивнул.
— А я думаю, чего это инквизитор забегал? — притворно поразился Драко. — Спокойный же район, центр, и квартира обычная, подумаешь, живут здесь бессмертный, оборотень, вампир и покойница!
Скорпиус глубоко вздохнул и отвернулся.