Луи, наклонившись, осторожно поднял покойницу на руки и перекинул через плечо невесомое тело, похожее в таком ракурсе на тряпичную куклу, сшитую безумным поклонником мультфильмов Тима Бёртона.

— Надо уходить, — произнес оборотень, выбравшись из могилы. — Статуя сказала уходить.

— Аргумент, — кивнул Скорпиус и снова взял лопату. — Надо закопать этот «котлован», пока мракоборцы не набежали.

— Закопать-то закопаем, — сказал Альбус. — Но как донести ее домой? Трансгрессировать с неживым…может расщепить.

Скорпиус нахмурился и задумался.

Могила была почти закопана, когда голову Скорпиуса озарила идея.

— Ты больной, понимаешь? — шипел Альбус. — Нас всех посадят.

— Скорпиус, ну как так можно? Ты просто генерируешь идиотские идеи.

— Спокойно, — прошептал Скорпиус. — Сейчас Хэллоуин, маглы разоделись в хрен знает что, это спасает.

В вагоне метро было людно, несмотря на то, что приближалась полночь. Чудом успев до закрытия метро, друзья заскочили в вагон и, усевшись на свободные места у самого выхода, как могли, пытались не привлекать внимания.

По логике, у них должно было получиться. Несколько подростков в вагоне, с перемазанными гримом лицами, явно спешили на хэллоуинскую вечеринку, там, у поручня, стояла девушка в костюме медсестры, заляпанным бутафорской кровью, какой-то идиот с маской монстра на голове явно ничего не видел и нашел поручень наощупь. Доминик вполне могла сойти за обычную девчонку, гуляющую в канун Дня всех святых на людных лондонских улицах, в костюме…эээ…мертвой невесты.

Могла, но не сошла.

По той простой причине, что невеста действительно была мертвой.

Сейчас она уже не болталась на плече Луи, а была усажена на сидение и поддерживалась с одной стороны братом, а с другой — Скорпиусом, который, осторожно сжимая ее безжизненную костлявую руку, то и дело поправлял свободной рукой спутанные волосы Доминик, прикрывая ими ее лицо.

На них смотрели. Даже пялились. Шептались, почему же девушка не двигается.

Наконец один почтенный господин, явно ехавший с вокзала, судя по саквояжу, запахнул ворот своего твидового пальто и поинтересовался:

— С девушкой все в порядке?

— Абсолютно, — кивнул Альбус, поднявшись с сидения и закрыв своим телом Доминик.

— Вы уверены? Кажется, ей…нехорошо.

«И это мягко сказано» — подумал Скорпиус, не зная, чем скрыть трупные пятна на руках Доминик.

— Почему она так легко одета? — не унимался джентльмен.

— Закаляется, — нервно сказал Луи.

— Может, стоит вызвать полицию и…

— Какая полиция? — возмутился Скорпиус. — Вы что, не узнали ее?

Три взгляда: Ала, Луи и мужчины удивленно взглянули на него.

— Это ж Доминик Уизли! — воскликнул гувернер, чувствуя прилив фантазии. — Двукратный лауреат премии «Золотой глобус» за лучшую женскую роль второго плана. Она в «Ходячих мертвецах» зомби играет.

Луи усиленно закивал.

— Вот, отсняли сегодня десятый сезон, домой звезду везем, — добавил Скорпиус. — Так на метро спешили, что даже грим с нее смыть не успели.

Мужчина явно поверил, хотя бдительность до конца не растерял.

— А почему девушка без сознания?

— Я ж вам говорю, сезон десятый отсняли, — раздраженно соврал Скорпиус. — Ну наклюкалась немного на банкете…

— Две бутылки шампанского и коньяк, — покачал головой Альбус.

— И без закуси, — добавил Луи.

Пассажиры, краем уха слыша этот бред, явно заинтересовались и начали пялиться еще сильнее.

— А почему на метро? — спросил кто-то.

— Ну я же сказал, — прорычал Скорпиус. — Отсняли десятый сезон, актриса перебрала с бухлишком. Везде папарацци. Только в метро от них и скрылись.

— А почему с лопатами?

Скорпиус простонал что-то матерное и прищурился.

— Отсняли десятый сезон. Актриса нажралась на банкете. Мы бежали от папарацци. Так спешили, что реквизит не сдали.

— Лестер-Сквер! — крикнул Луи, когда они остановились на нужной станции. — На выход! Звезда «Ходячих мертвецов» выходит, а ну разошлись все!

Скорпиус пулей вылетел из вагона и, крепко держа лопату, дождался, пока Ал, сжимающий свою лопату, выйдет за ним, а Луи, снова взваливший тело Доминик на плечо, выйдет последним под аплодисменты пассажиров «великой актрисе».

До Шафтсбери-авеню идти от силы десять минут. Внимания не привлекали, местный народец явно принял Доминик за вырядившуюся к Хэллоуину девчонку.