– Жаль, что нельзя как у Маркеса, поднять желтый флаг* и валандаться по реке неделю за неделей, - вздохнул Кюхён.

– Наверное, потому что нам ещё не семьдесят, и работа, учеба и прочие заботы вырвут нас из попытки уйти от суеты, - Нора дернулась, посмотрев перед собой и остановившись. Парень проследил направление её взгляда, увидел мужчину перед ними, ничем не примечательного, но дорого одетого, очевидно успешного и делового. Он шел прямо мимо них, поэтому обойти его не удалось, не обратив на себя внимание. Он тоже взглянул на Нору. – Привет…

– О, привет, - незнакомец остановился. – Сколько лет… не узнал бы, но ты почти не изменилась. Как жизнь?

– Да ничего, как сам? – Кюхён чувствовал что-то не то, но не мог сказать, что точно.

– Да всё, как всегда, - витиевато произнес он, и создалось ощущение, что не отвечая прямо, он хочет создать атмосферу тайного благополучия и процветания. – Женился вот не так давно, а ты как, не замужем?

– Собираемся, - вдруг бросил Кюхён, едва Нора успела открыть рот. Мужчина, наконец, обнаружил его и, скорее всего, узнав известного артиста, несколько опешил, не найдясь, что спросить у них ещё. – Как раз обсуждали идеи насчет медового месяца, хотим пожениться зимой. Мальдивы или Доминикана, даже не знаем, да, моё солнышко?

– Д-да… - запнулась Нора, с диким вопрошающим криком в глазах посмотрев на него.

– Вот как… - процедил оппонент. Кюхён заметил, что женщине не слишком весело общаться со знакомым.

– Ладно, нам пора, ещё в свадебный салон ехать, его открыли специально по моей просьбе, поскольку не было другого свободного времени, - опять за неё нагородил молодой человек и, потянув Нору, увел их подальше, попрощавшись тоже за двоих. – Это что за тип?

– Да так, - помрачневшая и покислевшая, преподавательница исказилась морщинками в углах губ и глаз. – Десять лет его не видела, надо же было встретиться!

– Бывший? – Нора кивнула. – Я так и подумал.

– Что ты понес? – запоздало очнувшись от испытанного, поинтересовалась женщина. – Какая свадьба, какой медовый месяц? Зачем это всё?

– А чего он с тупыми вопросами лезет? Видит же, что ты с парнем. Как тебя угораздило повстречаться когда-то с таким дураком? Он ещё и полный, как пингвин, фу, Нора!

– Когда я с ним встречалась, он таким не был! – обиделась она, сама, в который раз с тех пор, как он её бросил, недопонимающая, как же всё-таки, действительно, её угораздило. – А вот дураком, конечно, он всегда был… ну и я тогда была не очень умная, что уж там. Но эти сказки про свадьбу! – повторно возмутилась Нора. – Я вовсе не стыжусь того, что до сих пор свободна, и не считаю, что надо было рисоваться перед ним.

– А я считаю, что надо было. – заявил Кюхён. – Я же видел по твоему лицу… - на него почти со злобой глянули черные глаза. – Да-да, и не отрицай! Ты чувствовала себя перед ним какой-то… брошенной?

– Так, всё, отстань от меня! – пойманная с поличным, Нора выдернула руку и вырвалась немного вперед. Это столкновение выбило её из колеи. – И это твоё «моё солнышко» вообще уже никуда не лезло…

– Перестань! Почему бы тебе просто не рассказать, что такого случилось между тобой и ним? – она остановилась и, молча медитируя посредством правильного дыхания, совладела с собой. Сказать ему? А, что уж там! Ей нечего скрывать и стыдиться. Профессор Ли прав, не надо убегать, надо бороться, и не надо обманывать о своём прошлом, никому от этого не легче. Она такая, какая есть, со своим багажом ошибок.

– Он был моим первым… мужчиной, - обернулась Нора, поглядывая туда, где исчез объект. – Потом он сказал, что не нагулялся и всё кончено. А номер моего телефона раздаривал своим друзьям, советуя не стесняться и попробовать, поскольку ему больше не надо…

– Я догоню его и разобью чмарник этому уроду, - развернулся Кюхён и Нора едва успела поймать его за рукав.

– Ты что! С ума сошел? Это было десять лет назад, и ты сам спросил!

– Да его мало будет даже до посинения отхреначить! – вырывался парень. Женщина вцепилась и, успокоившись сама, умудрилась угомонить его.

– Кю! Прошу тебя, хватит. Что было, то было.

– Это не было! Это есть! – взял её за плечи Кюхён и воззрился в лицо. – Это из-за него ты пишешь свою диссертацию, разве нет? Из-за него ты, а может и не только ты, считаете мужчин козлами, и есть почему! Из-за него вы становитесь хуже и, да, оправдано ненавидите мужской пол, но даже я, будучи мужчиной, ненавижу и презираю таких мразей, как он, и искренне не считаю, что мы с ним одного вида, - вдруг в голову ему стукнул, ностальгическим эпизодом, спор, их пари с Шивоном. Они козлы! Такие же козлы. Он возмущается на другого, а сам? Подлость, гадость, презренные людишки. Он не может признаться в этом, не может! Что будет с Норой? Как она отреагирует?