========== Op.12 ==========

Тики лениво потянулся, совершенно не горя желанием покидать постель, и уткнулся носом в подушку, укутывая себя в одеяло поплотнее, чтобы никакая часть тела не выглядывала. Отчего-то на душе было приятно, легко, светло. Словно вчера он был на концерте Алисы, словно он трепетно держал её за руки и тонул в своей влюблённости.

Микк резко раскрыл глаза, обречённо вздыхая.

Никакой Алисы не было.

А вот влюблённость, по всей видимости, осталась.

Он всё-таки поднялся с кровати, мимоходом отмечая, что ни Неа, ни его вещей в комнате нет, и поплёлся в ванную, застряв там минут на тридцать. Когда же мужчина вышел, по квартире разливался аромат чего-то съестного. Тики любопытно повёл носом и заглянул на кухню, где, что было уже совершенно неудивительно, у плиты орудовал Аллен, ужасно домашний в растянутой красной футболке и шортах, с собранными в пучок волосами и напевающий что-то в такт, видимо, тому, что звучало в наушниках.

Микк устроился за столом и положил подбородок на скрещенные руки, наблюдая за мимикой и жестикуляцией юноши. Тот был так похож и одновременно так непохож на Алису, что…

Он и есть Алиса, Тики, просто смирись с этим.

Тонкий, хрупкий, угловатый — еще совсем мальчишка, даром что девятнадцатый год. Поэтому и смахивает чем-то на девчонку, если в платье его нарядить.

Внезапно Аллен притопнул ногой и замер, вскинув голову. Как видно, музыка в наушниках сменилась, и именно это так подействовало. Юноша легонько застучал ножом по разделочной доске, прекращая нарезку мяса, и, покачивая головой, запел громче, давая Тики с удивлением узнать в своем мурлыкании «Magic Moments» Перри Комо.

Мужчина не сдержал улыбки — до того забавно Аллен выглядел, пританцовывая под музыку из наушников, а уж подпевал и тянул слова он и вовсе чудо как хорошо.

Совсем как Алиса.

…ведь он же и был Алисой.

Может, стоило просто услышать, как редиска поет, чтобы наконец смириться с этим?

Потому что пел Малыш так же, как и на сцене — эмоционально и полностью отдаваясь этому делу.

Вода в кастрюльке закипела, и Аллен плавно подскочил к ней, словно исполнял какой-то танец, чёрт подери, после чего приоткрыл крышку и убавил огонь, начиная петь уже что-то совершенно другое, тоже живенькое и задорное, но на японском языке, а Тики наблюдал, как он пластично двигает плечами, как спина его совершенно грациозно извивается из стороны в стороны, а руки (в перчатке была лишь левая ладонь) порхают в воздухе, чётко перемещаясь от продуктов к склянкам, плошкам, кастрюлькам.

Мужчина наблюдал — и ловил себя на том, что любуется.

Уолкер вдруг возбуждённо хохотнул и принялся выпевать какую-то инструментальную партию, по ритму больше принадлежащую гитаре, при этом постукивая ногой и умудряясь не залететь ножом себе в глаз.

Мужчина тихо хохотнул, поймав себя на том, что несмотря на довольно неустойчивую в принципе ситуацию ощущает себя удивительно спокойным.

Аллен обернулся к столу (на нем тоже стояла пара мисок с уже нарезанной зеленью) — и застыл на месте, тут же замолкая и смущенно краснея. Дернул из уха один наушник и, упорно отводя глаза, медленно протянул:

— Д-до-о-брое у-у-у-тро…

— На удивление да, — согласился с ним Тики от нечего делать. — Весьма забавно наблюдать за тем, как ты танцуешь за приготовлением завтрака.

Юноша тут же цапнул со стола нужную ему миску и резко отвернулся, но Микк успел заметить, как румянец от его скул пополз к шее.

Пожалуй, это было мило. Возможно, даже слишком.

Потому, наверное, что сейчас Аллен даже ощущался как Алиса, и это ощущение — это накладывание, наслоение друг на друга людей, которых он считал отдельными, оно заставляло не то что смириться с действительностью, но покориться ей.

И принять то, что без памяти влюбился в пусть и наряженного в платье, но все же в парня, будучи при этом стопроцентным натуралом, которого всегда привлекали большие упругие женские прелести.

На самом деле Тики много и долго думал об этом. Он пропускал концерты Алисы (Аллена), но совсем не ходить на них не мог, и это уже было показателем того, что так просто от этой влюбленности не отвязаться.

А жаль.

Потому что если Тики, допустим (лишь допустим, Тики ведь чертов натурал, он любит женщин, и он доказывал себе это аж трое суток), и нужны эти чувства, то вот Аллену — точно нет. У Малыша и своих проблем выше горла, у него просто нет времени на какие-то отношения, да и Уолкер же натурал, чёрт подери, несмотря на все эти игры с переодеванием.

…и о чём ты вообще думаешь, Микк?

Аллен положил телефон и обмотанные вокруг него наушники на стол, всё ещё ужасно красный и пытающийся не показывать своего лица, и вернулся к плите, весь напрягшийся, сразу же подтянувшийся словно бы в ожидании чего-то страшного.

Тики, заинтересованно усмехнувшись, бросил взгляд на тонкие, но не лишённые аккуратной мускулатуры ноги и внезапно подумал, что…

Мысль пришлось отрубить сразу же, потому что это, мать, был мелкий Уолкер и парень, чёрт раздери! Парень!