Шрифт:
Они миновали узкую канаву, уводящую под своды городского коллектора. Сточные воды текли по трубам в поля, но о том, что было ЗА трубами, знали только взрослые гномы, потомки тех, кто пришел первыми в этот город. Те, кто когда-то обитал в недрах горы, но был изгнан оттуда.
Двалин пришел сюда вместе с Торином и его гномами, но он был в курсе наличия тайных ходов под городом. Как близкому другу и телохранителю, Торин ему рассказывал все, что знал сам, а самому Торину рассказал пожилой гном, бывший главой рабочей артели в те незапамятные времена, когда город был ещё крошечным поселением. В свое время Двалин как следует изучил планы штолен и переходов, чтобы ориентироваться в них с закрытыми глазами.
– Пошевеливайся, парень, – окликнул сын Фундина замешкавшегося Кили. –Времени слишком мало. Мы не успеем заложить Дневной Свет во все переходы, но этого и не нужно.
– Что я должен делать?
– Просто смотри по сторонам и следи за обстановкой. Орочьим духом тянет уже отсюда.
Кили кивнул. Как всякий гном, он не испытывал особенного страха и был готов к драке с любым противником. Сердце больно куснула обида. Торин мог бы просто сказать, что не желает его… незачем было так швырять…
Кили уважительно присвистнул.
– Ничего себе! И ты молчал?
– Ну, я как-никак оружейник, а эти штучки не нужны тем, кто дерется на поверхности.
Он заложил несколько шариков в разных проходах по окружности и протянул тонкие невидимые нити от шарика к шарику. Затем хлопнул Кили по плечу.
– Идем, есть ещё один выход в город!
Им пришлось почти бегом идти ещё полчаса и почти у самой цели их все-таки перехватили. Видимо, это был разведывательный отряд. Орков было около дюжины, все вооружены короткими мечами и кривыми саблями. Двалин не говоря дурного слова, выдернул из мешочка шарик и щелчком заставил его раскрыться. Кили вскрикнул, зажмурившись, так ярок был этот слепящий свет после полумрака подземелий. Отчаянный визг орков наполнил переходы, эхом отдаваясь от стен и потолков. Они заметались, вереща и наугад тыкая саблями и мечами, ударяясь о старые крепежи и подпорки, снося их. Не выдержала тяжелая влажная земля и стала оседать. Двалин первым понял, что происходит. Подхватив полу-ослепшего Кили под живот, он успел выскочить из осыпающейся, оседающей на глазах штольни. В ушах стоял треск перекрытий и истошные вопли похороненных заживо орков.
Торин пришпоривал своего пони, не понимая ни куда едет, ни зачем. Его по-прежнему била дрожь и хотелось выть от душевной боли. Но теперь его мысли были и о Кили. Король уже жалел, что так жестоко обошелся с племянником. В конце концов, в том, что ему предложил мальчишка, не было ничего такого, что не делали бы все остальные. Но все существо Торина восставало против подобного. Он и Дарфейн взял лишь для того, чтобы справляться во время полнолуний без помощи других. Улицы были полны перепуганных людей, повсюду факелы и испуганные лица, плач женщин и детей. Что происходит?
Мимо прошла, старательно кутаясь в покрывало и пошатываясь, какая-то женщина. Её фигурка и движения показались королю знакомыми. Но как раз в этот момент, остановившись на углу дома Двалина, он услышал обрывки разговора двух горожан.
– Стало быть, нападут твари поганые, если не выдадим им орчиху эту.
– Да где ж её взять-то? Эх…
Торин наклонился, перехватив за плечо одного из болтунов.
– Говорят, ходы есть подземные под городом. По ним орки в город идут. Ох, беда…
Торин вздрогнул и так стиснул зубы, что во рту появился привкус крови. Он вдруг вспомнил маленькую фигурку, с трудом ковылявшую в толпе. Сердце оборвалось куда-то тяжелым как наковальня ледяным комком ужаса. Снова! Снова орки уведут её и он ничего не сможет поделать!
Проехать на коне через толпу не представлялось возможным, потому Торин спрыгнул со спины пони и сунул поводья пробегавшему мимо мальчишке.
– Отведи его на подворье Двалина и скажи, что я велел. Получишь награду от моего племянника.
Найти её! Только что прошла! Найти её прежде, чем… Махал, владыка, помоги!!! Йованна, матушка, смилуйся над бедной девочкой!
Он бежал сквозь толпу, задыхаясь, давясь собственным звериным воем. Как давился, выл тогда, в той проклятой битве… Она бросилась защищать его не смотря ни на что, несмотря на то мерзкое, отвратительное письмо, и на тот клятый ларец с монетами, что он послал её родителям. Она бросилась спасать его тогда… и орки забрали её. Если бы не она, Азог убил бы его…