Вот и сейчас он смотрел на свою любимую в упор, ожидая пояснений, злости, ярости, чего угодно, а она, отвернувшись, смотрела уже в пол, словно ожидая чего-то.

Внезапно её тело напряглось, как у кошки перед прыжком, Северус почувствовал это на уровне рефлекса, нервами, но в этом её жесте не ощущалось угрозы. Нина резко развернулась и шагнула к нему.

Глаза девушки горели огнём, привычная нежность к любимому мужчине сейчас сменилась страстью, и она набросилась на будущего мужа с поцелуями. Снейп успел отметить про себя, что в последние дни за Ниной такого не замечалось, она была слишком увлечена нелегкими мыслями, да и нерешенных задач у них было с лихвой. В отличие от времени. Но мужчина не устоял, и взял инициативу в свои руки, отвлекаясь от разговоров и буднично-привычного обсуждения прошедшего дня. Приятным сюрпризом для вмиг согревшихся ладоней зельевара стало и то, что под мантией девушки ничего не оказалось. Да и мантию она почему-то надела не свою, рабочую, а старую профессорскую из шкафа. Может, рабочая слишком теплая? Или… это просто такая фантазия? От этой мысли резко потеплело где-то внизу живота, но, впрочем, стоит ли думать об этом сейчас, он итак уже слишком отвлёкся на пустяки. Это всё подождёт, и школьные новости, и события последнего часа в поместье Малфоя. Может быть, было умнее умчаться в подземелья своего факультета? Нет. Находиться при Дамби может быть опаснее сейчас, сразу после визита к «скользкому другу», а от пожирателей ему ждать удара ни к чему. Без главнокомандующего они могут решать что-то лишь коллективным разумом, не подчиняясь друг другу, а это надолго, даже если они всерьёз захотят чего-то одного. Можно забыть о них на время.

Северус жадными жестами расстегивал пуговки, впервые подумав, что больше не будет выбирать волшебное шмотье такого фасона. Он чувствовал, как с каждой побежденной пуговицей становится горячее его кровь, ударяет пульсом в висках, обжигает изнутри каждую клеточку его тела. Дыхание профессора стало напряженным и шумным, когда он наконец распахнул мантию на девушке и без лишних прелюдий принялся целовать её шею, ключицы, грудь.

Девушка не в пример ему мгновенно избавила его от рубашки, не смотря на все пуговицы, и повлекла мужчину за собой, к одиноко стоящему напротив камина дивану. Прерываться, чтобы подняться в спальню, не хотелось обоим, и зельевар на руках поднёс невесту к дивану, аккуратно устраивая на пыльный плед и ни на миг не прекращая целовать. (не к месту пролетела мысль, что убраться в доме не помешает, или научить этой магии Нину. Да и обстановочка оставляет желать лучшего: что это такое – один диван в гостиной, а где же уют? У маглов хоть телевизор напротив него стоит, всякие комодики с ненавязчивой и, по большей части, женской, мелочевкой, сувениры там…) Отогнав прагматично разросшуюся идею прочь, Северус устремил всё внимание на обнажённую любимую девушку, но уже через несколько минут зеленоватым светом полыхнуло в камине.

====== 32. Переписывать набело. Часть 2. ======

– Северус! Какого чёрта, Северус?! – вопил сиятельный аристократ лорд Люциус Малфой, уворачиваясь от очередной «авады», пущенной в спину. Люциус абсолютно точно знал, за что на него набросился Эйвери, не стесняясь худшего из «непростительных». В конце концов, приложив нападающего «конфундусом», лорд аппарировал прямо в Министерство магии и расположился в своём личном кабинете. Малахитовая отделка стен ничуть не успокаивала расшатанные нервы спокойным зеленоватым цветом и холодным блеском благородного камня. Блондин расхаживал по комнатке, нервно перекатывая в пальцах тонкую дамскую сигаретку, машинально вынутую из кармана. Резко остановившись, он присмотрелся к ней и несколько секунд судорожно вспоминал, откуда взялось такое «имущество».

– Чёрт бы побрал этого Снейпа! – прошипел аристократ, усевшись, наконец, в кожаное кресло. Пальцы барабанили по столу, будто существовали отдельно от хозяина, да ещё и были под «империо».

Мэнор оккупировали не слишком желанные гости, и уже как минимум несколько месяцев Люциус размышлял на тему очевидной глупости. Своей, разумеется, как бы это ни было прискорбно для столь сиятельной персоны. За годы «при власти» он подрастерял немалую часть фамильного бюджета, а должных и обещанных привилегий так и не приобрёл. Сейчас же, случись полный и окончательный крах Темнейшества, род Малфоев рискует ещё и подрастерять былое величие, но и при тёмном лорде им не досталось ничего. С недовольством взглянув на метку, рабское клеймо, – о каком величии тут речь? – Люциус брезгливо поморщился. Вернись «хозяин» к власти, и такое же клеймо будет грозить его сыну. Подумав ещё, он медленно скурил ту случайную сигарету. Находка была магловской, и, попадись она Нарциссе, та устроит скандал. Как хорошо, что её не оказалось дома во время «дружеских посиделок» с пожирателями, – жена хозяина гостила у родных в Уэльсе. Забросив бычок в красивую стеклянную вазу, стоявшую у стены, Люциус почесал свой сиятельный затылок и снова аппарировал.

– Я пришла домой, и что я вижу?! – возмущённый голос будто разрезал тишину стальным лезвием, раскалявшимся с каждой буквой. – Какой чудесный вид, подумать только! Ты б хоть постеснялся устраивать это в собственном жилище! – голос истерично сорвался на визг, разъярённая Нарцисса Малфой металась по собственной гостиной, бросая в лицо только пришедшему мужу чужие верхние мантии, которые она снимала со всех предметов мебели в доме. Пожиратели, заслышав её шаги на крыльце, благоразумно заперлись в переговорном зале на втором этаже, и за одно их присутствие в древнем мэноре отдувался сам хозяин.

– Ну что ты как Беллатриса, – Люциус, ещё шокированный её появлением, поморщился, уклоняясь от удара очередной черной тряпкой, и сразу лицо его исказилось гримасой от мысли “зря я это сказал”. (Да, в точности, как у хогвартского лесничего;)

Сумасшедшая сестра Нарси, пребывающая в Азкабане, с тех самых пор являлась запретной темой в этом доме. Нарцисса отвернулась и гордо ушла прочь.

– Северус Снейп.... – задумчиво и протяжно произнёс Дамблдор, чуть склонив голову и выжидая, чтобы собеседник сделал хоть один глоточек фирменного директорского чая и положил в рот лимонную дольку. – Я бы многое мог рассказать о нём, но едва ли он захотел бы разглашения его секретов даже ради всеобщего блага... К чему тебе это... досье? – голубые глаза старца прищурились за очками-половинками.

В тот же миг дверь со звонким стуком сорвалась с петель, за ней показался чуть виноватый, почесавший лохматую голову Хагрид, и размахивающий тростью лорд Малфой.

– Послушайте меня, Альбус, – зашипел аристократ, – я, будучи главой попечительского совета, в любой момент могу отстранить вас от должности, а вы в который раз не удосужились сообщить мне пароль от вашего кабинета! – Люциус с силой ударил тростью о спинку стула, на который директор указал ему сесть. – Мне пришлось просить вот это недоразумение, – аристократ махнул изящной кистью в перчатке в сторону пустого дверного проема, откуда благоразумно исчез великан, – чтобы попасть к вам в кабинет!

– Будьте повежливей, мистер Малфой, – строго поправил его Дамблдор, – Хагрид наш лесничий, он работал здесь, еще когда вы учились.

– Это недолго исправить, – гневно шепнул Малфой, осматриваясь, – а...эт-то ещё кто? – сверкающие гневом глаза встретились с приторно-добродушным взглядом директора, весело жующего лимонную дольку.

– Что-то не так, Люци? – спросил старик, отряхивая пышную белую бороду от крупинок сахара.

– Я предпочёл бы, чтобы впредь вы докладывали мне обо всех своих деловых встречах в Школе, – продолжил окончательно разозлившийся лорд, косясь на ещё одного старца по другую сторону стола.