– Допускаю, – мрачно согласился Снейп, подливая коньяк.

– И… может, про зелье я тоже всё знаю? – зачем-то, очевидно, ради уязвлённого достоинства, прибавила МакФорест, и Снейп насмешливо фыркнул.

– А Вы знаете, что если бы… мы с Вами перешли… так сказать, границы приличий, – для начинающего пьянеть тёмного мага Снейп на удивление культурно выражался, – то Вы бы загремели в Мунго, причем не на медосмотр, а на тяжёлое и длительное лечение. Которое, кстати, ничем бы не гарантировало Вам возвращение вашей персональной, и, к слову, недурной внешности, и вашего же, не снабжённого разумом, здоровья, – Северус уже заплетающимся языком закончил неожиданно длинную фразу и слабо хлопнул ладонью по столу. – А может, и я бы туда загремел. Для поправки психического здоровья.

– Алкоголем поправите, – шепотом сказала Энди, – но... почему? – она захлопала ресницами, резко встрепенувшись.

– Сквиб, – снова фыркнул профессор, опрокидывая в себя ещё полбокала спиртного, – необразованный. Да будь всё так просто, все б так и развлекались. Хочу с несчастной любовью из прошлого сплю, хочу с какой-нибудь ведуньей-звездуньей. Да хоть, не приведи Мерлин, с Дамблдором, – вдруг кого потянет, – Снейп непривычно громко расхохотался, выливая в бокал последние капли коньяка из бутылки.

Энди поёжилась. Хохочущий пьяный Снейп, она рядом голая в его же мантии, плюс странная и суровая правда магического мира. Когда же у неё самой поедет крыша?

– Так что там у Вас с Ниной, – не дал он ей задуматься, – и чего Вы, собственно, хотите?

Блондинка понурилась.

– Я легиллимент, – мягко напомнил профессор, – и всё равно узнаю.

– Вы пьяны, Северус.

– У меня есть трезвящее, – парировал он, – хотя, не для того я выпил. Но мне протрезветь недолго, а вот вашим коварным планам лучше быть озвученными сейчас.

– Почему сразу коварным, – смутилась блондинка. Энди понимала, что многого ему знать не следует. А Нине, конечно, не стоило знать того, что между ними со Снейпом почти произошло. Кажется, дружбе действительно положен конец и оставшееся недолгое время португалка проведёт либо пьянствуя у странного дедушки, либо бомжуя в Лондоне. Кстати, это был более заманчивый вариант. Вздрогнув, она уточнила:

– Но меня ведь всего лишь забрали бы в Мунго? Это было не смертельно?

– Ну, если для вас не как для большинства юных леди, потеря красоты не смертельна, то да, – хмыкнул Снейп, и девушка просияла.

– Это фигня, – «пояснила» она. Всё равно сейчас придется рассказывать задумку. – Северус, я ведь не нарушу дедушкиных правил, если расскажу Вам то, что не может и не должна рассказывать Нина? С ней ведь ничего не случится?

Снейп слегка помедлил с ответом.

– Вы получили информацию от неё? – многие клятвы и обещания в магии воздействовали и на обходные пути, и он решил уточнить.

– Нет, я просто стояла рядом, когда Берни вещал. Это же не считается?

– То есть он, как Вы выразились, «вещал» о каком-то секретном обете при Вас?

– Ну… да.

– Странно, – Снейп магией призвал к себе ещё одну бутылку магловского коньяка, а МакФорест ненадолго «зависла».

– Хм. Профессор…

Снейп изогнул бровь.

– Предположим, – хмыкнул он с усмешкой, наливая коньяк. Профессура этим вечером явно уходила на второй план.

– Прекратите бухать, скоро Нина проснётся, – шикнула Энди с неприсущей ей храбростью и смахнула стакан со стола. Осознав содеянное, девушка даже застыла в ужасе, но ведь ничего плохого не замышляла. Хотела забрать напиток, да так, чтобы мантия не свалилась и не распахнулась. И чтоб со стула не навернуться. И вот результат. Закусив губу, она медленно вернулась на стул, но Снейп не орал, не испепелял её взглядом, а лишь криво улыбнулся.

– Допустим, вы правы, – вздохнул он, отправляя бутылку на место. Рано ещё играть с алкоголизмом, впереди нешуточные проблемы. – Неужели вы изволите поведать мне всё, – выделяя последнее слово, зельевар повернулся к Энди МакФорест.

– Если… я ничего не нарушаю, то… почему бы и нет? Полнолуние слишком скоро, а мне здесь ничего не изменить.

– Ещё раз про полнолуние, – Снейп напрягся, собирая в кучку свои захмелевшие извилины. На соображение он никогда не жаловался, но сразу вспомнил о письме Энди от её злосчастного дядюшки-друида.

– Полнолуние заберёт меня, – дрогнувшим голосом блондинка перешла на шёпот. – Меня одну. Я не против, если честно. Домой хочу. Только… Нину… жалко.

– Оставлять с мрачноватым уродом в его подземельях, – с перекошенным лицом продолжил Снейп.

– Нет, нет, Северус, – зачастила Энди извиняющимся тоном, – вы… ничего не знаете.

– Ну так объясняйте, пока не поздно, – он даже обернулся на гостиную, удостоверяясь, что Нина если не спит, то ровно лежит в постели, и бросил в дверной проём заклятие тишины.