— Прошу садиться, господа. Вам есть что обсудить… Я же, с вашего разрешения, вас покину.

*

Он поднялся к себе в кабинет, куда Дана по его распоряжению должна была привести Митоса.

Старейший уже был в приемной — рассматривал панели на стенах за столом секретаря, присев на край подоконника. Выглядел он так же, как до того в зале, но как будто немного бледнее.

— Итак, спектакль прошел удачно?

— Более чем.

Лафонтен открыл дверь кабинета и жестом пригласил гостя. Митос прошел в кабинет, но сесть не пожелал, расположившись, как прежде, у подоконника ближнего к выходу окна.

Верховный сел в свое кресло за столом.

— Признаться, я восхищен. Это было блестяще.

— Только не говорите, что не могли сказать то же самое без меня.

— Мог. Вероятно, даже слова выбрал бы похожие. Но слышать такое от собственного босса — одно, а от Бессмертного — совсем другое.

— Да, второе больнее.

— Именно.

— Вам ведь безразлично, говорил ли я искренне или только читал роль.

Лафонтену не было безразлично. Но этот Бессмертный настолько непонятен и многолик…

— С точки зрения достижения нужного результата это в самом деле не имеет значения. Хотя мне больше нравится думать, что вы были искренни.

— Меня увиденное тоже впечатлило, — произнес Митос. — Вы всегда так расправляетесь с теми, кто встает у вас на пути?

«Бывало и хуже», мысленно ответил Верховный, вслух же сказал:

— Только если они не оставляют мне выбора.

— Правильно ли я понял, что получил свое отпущение грехов? — без всякого перехода спросил Митос.

— А вы приходили сюда только ради отпущения грехов? И говорили все то, что говорили, только чтобы угодить мне? Сомневаюсь.

— Вы не станете отрицать, что я сделал именно то, чего вы от меня ждали?

— Нет, конечно.

— Вот и вторая причина. — Митос усмехнулся. — Это был удачный способ извиниться перед вами лично.

Нет, самому себе ответил Верховный, ничего он мне прямо и откровенно не скажет. Я задумал — он сыграл — счет закрыт. А роль он читал или говорил от сердца — думай сам, если больше заняться нечем. Ну что ж, после всего, что в последнее время случилось, это неплохой результат.

— Извинения приняты.

— В таком случае не вижу причин здесь задерживаться.

Митос выпрямился, встал и направился к двери. Времени оставалось в лучшем случае на одну фразу.

— Еще один вопрос, Митос. — Тот остановился. — Зачем вчера к вам приходила Элен Шапиро?

Митос секунду промедлил, потом оглянулся:

— Теперь вы решили испытать судьбу?

— Ничуть. Наблюдение было установлено за ней, а не за вами. К вашему дому никто подойти не посмел. Так зачем она приходила?

— Я обязан вам отвечать?

— Не обязаны. Но подумайте еще вот о чем… Мне так или иначе придется ее вызвать. А от того, сколько и чего я буду знать, зависит, будет это беседа или допрос.

— Допрос, — повторил Старейший и усмехнулся с тоскливым сарказмом. — К чему травмировать допросами несчастную девчонку, которая и так разрывается между верностью своим убеждениям и любовью к отцу? С которого, уж простите за прямоту, за одно это следовало бы спустить шкуру.

— Понятно. Что ж, не смею вас больше задерживать.

Дверь за ним захлопнулась. Лафонтен глубоко вздохнул и потер ладонью лоб. Эта проблема решена, Митос им хлопот больше не доставит. О том, какую услугу он на самом деле оказал Ордену, Верховный счел за лучшее ему не говорить.

Сейчас нужно вернуться в зал, поучаствовать в обсуждении выступления Старейшего. Хотя нет… сначала дождаться Дану.

Дана вернулась через несколько минут.

— Как наш посетитель? — спросил Лафонтен, когда она, войдя, плотно прикрыла дверь кабинета.

— Благополучно покинул территорию, — отозвалась она. — Вы довольны им?

— Вполне. Хотя риск был большой.

— Мягко сказано, — хмыкнула Дана. — Пожалуйста, задержитесь еще ненадолго, месье Антуан.

— Конечно. Я помню.

Она прошла вслед за ним в его комнату. Достала из шкафа аптечку и, разбирая ее, спросила:

— Месье Антуан, а как идет разбирательство?

— Трибунал совещается, — отозвался он, садясь в кресло и расстегивая верхние пуговицы рубашки. — Хотя приговор Джеку Шапиро — вопрос решенный.

Она, держа в одной руке наполненный шприц, подошла и присела рядом с креслом.