Через несколько минут пути он остановился у массивной железной двери. На цыпочках подойдя поближе, я хлопнула друга по плечу и как ни в чем ни бывало поинтересовалась:

– Ну и куда же мы идем?

Бедный Герк аж подпрыгнул от испуга и неожиданности.

– Хлоя, - приглушенно возмутился он, - рехнулась, что ли, так пугать!

– Так пугаются только те, у кого совесть нечиста, - намекнула я и снова поинтересовалась: - Так куда крадешься-то?

Герк вздохнул и явно нехотя ответил:

– Я хочу выяснить, в чем уникальность ‘Ястреба’.

– И что же, уникальность вот за этой самой дверью?

– Вполне может быть. Я ведь забредал и в капитанский отсек. И знаешь, что? Там вообще нет стандартной системы управления! Минимум приборов, да и те прямого отношения к полетным функциям ‘Ястреба’ не имеют. И самое странное. На обычных космолетах за пультом управления всегда должен кто-то быть. Когда не сам капитан, то его помощник или специально обученный второй пилот. А Астор же с того момента, как мы покинули Таной, в капитанский отсек наведался лишь дважды.

– Ты, что, за ним следил?
– нахмурилась я.

– Ну да, следил. Но ты пойми, Хлоя, я же не из праздного любопытства так интересуюсь уникальностью ‘Ястреба’. Я же говорил тебе, что зеленый туман нехарактерно ведет себя здесь. Так было и по пути на Таной, так и сейчас. Есть какая-то взаимосвязь, и я непременно должен ее выяснить.

– Ну хорошо, - сдалась я.
– Так а что за этой дверью?

– Чисто теоретически там должно быть машинное отделение. Больше просто негде. И давай уже заглянем, пока Астор не застукал нас на месте преступления.

Герк осторожно открыл дверь. Та, на удивление, оказалась не заперта. И хотя меня уже заранее грызла совесть за такое наглое вторжение, куда не надо, я все-таки вошла следом за другом.

Внутри помещение оказалось небольшим, хотя я почему-то всегда считала, что машинное отделение должно занимать чуть ли не половину рабочего пространства космолета.

– Ну, - самодовольно фыркнул Герк, - и что я тебе говорил? Здесь вообще почти ничего нет!

‘Почти ничего нет’ заключалось в отсутствии каких-либо громоздких приспособлений. Вообще мы в академии сокращенным курсом, исключительно для общего развития, проходили базовое строение космолетов. Меня это не слишком-то заинтересовало, так что слушала я в пол уха и мало что запомнила. Но самое элементарное в памяти все-таки отложилось. Чтобы космолет летал, нужен двигатель. Чтобы двигатель работал, нужен генератор, подающий энергию. А кроме этого нужны еще и резервные источники питания, на случай внезапного отказа основной системы. Здесь же ничего такого и близкого не было. Либо настоящее машинное отделение просто-напросто находилось в другой части космолета.

Единственное, что привлекало внимание в этом пустом помещении, это светящийся круг на полу около метра в диаметре. От него расходились мерцающие дорожки в разные стороны и хаотично петляли по стенам. Выглядело красиво и крайне загадочно. Отвлекшись от своих мыслей, я все-таки прислушалась к тому, что разглагольствовал задумчиво озирающийся Герк.

– Странно, очень странно… Вот знаешь, была у меня до этого одна теория. Ну тот факт, что Астор умудряется справляться с космолетом один, и то, что капитанский отсек без стандартной системы, весьма однозначно наталкивало на вывод, что управление происходит за счет силы мысли.

– Чего?
– я с крайним сомнением посмотрела на друга.

– Между прочим, это вовсе не бред. Я как-то находил в архивах Сената засекреченную информацию на этот счет. Ну что ты на меня так смотришь?
– Герк демонстративно закатил глаза.
– Да, я нагло пользуюсь паролем и правами доступа отца. Но никакой же личной выгоды, все исключительно из-за жажды знаний. Так вот, лет тридцать назад проводили один эксперимент. Группе отобранных астропилотов вживляли в мозг особые чипы, чтобы проверить на практике теорию мысленного управления.

– И что? Получилось?

– О да, получилось. С такой штуковиной в голове астропилот вполне мог в одиночку управлять космолетом. Но вот незадача, все испытуемые сошли с ума в среднем через неделю после начала испытаний. И все, эксперимент прикрыли. Даже если допустить, что с Астором та же технология, то он должен был рехнуться еще данным давно. Доработали и усовершенствовали ту чиповую систему? Вряд ли. Все-таки ‘Ястреб’ - проект государственный, и при его создании ни за что бы не стали использовать те разработки, которые уже заклеймили грифом ‘опасно для жизни’.

– Что-то я совсем запуталась, - растерянно пробормотала я.

– Нас таких как минимум двое, - задумчиво отозвался Герк.
– И вот, что я тебе, Хлоя, теперь скажу. Учитывая все это, - он оглядел пустое помещение, - ‘Ястреб’ вообще не способен перемещаться.

– Но перемещается же, - возразила я.
– Причем, очень быстро.

Герк ничего не ответил. Присев на корточки, он пытливо рассматривал световой круг на полу. Вдруг встрепенулся, будто озаренный внезапной мыслью, и спешно простучал пальцами определенную комбинацию. И тут же радостно пискнул - с тихим шелестом из-под пола начал подниматься небольшой постамент, увенчанный прозрачной сферой. А внутри сферы в самом центре без какой-либо опоры парил небольшой темно-зеленый кристалл округлой формы.