И это не просьба.

Люблю тебя.

Твой Ромео x

Вздохнув, я спрятала записку в карман, чтобы дома положить к остальным, которые хранились в секретной шкатулке. На лицах Элли и Кэсс появились широкие улыбки.

– Хороший ход, Ромео, хороший ход, – пробубнила я себе под нос.

Я высвободила руки, и как раз в этот момент из динамиков донеслось представление команд.

– Показывайте, куда идти, предательницы!

Хихикая над тем, как я упираюсь, они снова взяли меня под руки и повели к нашим местам. Фанаты «Тайд» и так громко кричали, но завидев, как я прохожу мимо, просто обезумели.

Я села и постаралась игнорировать громогласный рев толпы. Фанаты были в ударе, а музыкальная какофония только добавила жару. Взорвались фейерверки и объявили команды: сначала «Кримсон Тайд», потом «Флориду Гейторс». Игроки выбежали на поле, демонстрируя расцветки багрового, белого и голубого. Я нервно потерла руки.

Я знала, что в центре внимания будет Ромео. Он был первым претендентом в драфте профессиональной футбольной лиги, и от этого нарастала шумиха. За последние недели ему пришлось бесконечное количество раз давать интервью газетам и телевидению. Я обычно пряталась где-то на заднем плане, вне поля зрения.

Я внимательно смотрела на большой экран, ожидая Ромео, который со шлемом в руках замыкал выход. Когда он выбежал и помахал всем, толпа на трибунах начала топать ногами и скандировать, и фанаты «Гейторс» засвистели в ответ.

– Поцелуй, поцелуй, поцелуй, поцелуй…

Ромео прорвался сквозь завесу игроков и побежал в мою сторону. Кэсс наклонилась и ласково похлопала меня по щекам.

– Твой выход, мамочка!

Я не могла оторвать глаз от своего парня, когда он остановился на краю поля и, сверкая голодной самоуверенной ухмылкой, поманил меня этим своим чертовым пальцем.

Я поднялась на трясущихся ногах, пытаясь не обращать внимания на вспышки камер, оркестр возгласов и свист. Взяла под руку стюарда, и он провел меня на поле прямо к Ромео, который наслаждался моим изысканный внешним видом.

– Привет, Мол.

– И тебе привет.

– Подаришь мне сладкий поцелуй на удачу?

– Если ты этого хочешь.

– Еще как хочу.

Мы никогда не меняли слов из-за суеверия Ромео, мы в точности проводили этот ритуал перед каждой игрой. Он наклонился, и до того, как его сочный губы встретились с моими, я прошептала:

– Хороший ход с запиской, хитрюга!

Он усмехнулся мне в губы, мягко и нежно лаская их языком. Я схватила его за волосы, и весь остальной мир для меня исчез. Ромео подхватил меня за ягодицы, вынуждая обвить ногами его талию. Похоже, толпе это понравилось. Я застонала ему в рот, и он, тяжело дыша, отстранился. Прижался ко мне головой.

– Люблю тебя.

Я провела пальцем по его щеке.

– Я тоже тебя люблю.

Опустив меня на землю, он легонько провел рукой по моему животу и, увидев в моих глазах слезы, сглотнул.

– Я буду играть для вас обоих.

Повернувшись, он побежал обратно на поле, а я, как всегда, в тумане от любви к своему квотербеку на нетвердых ногах побрела на свое место.

Это было два дня назад.

«Тайд» выиграли чемпионат Юго-восточной конференции, и вечер, которого мы так боялись, стремительно приближался. В этот день Ромео взобрался ко мне на балкон пораньше и не оставлял меня ни на минуту. Уровень его тревоги зашкаливал, ну и мой, соответственно, тоже не отставал.

По дресс-коду на вечер было положено прийти в белом, поэтому я надела длинное белое платье с завышенной талией, чтобы скрыть слегка округлившийся животик, и серебряные сандалии. Ромео был в белоснежном костюме с подобающим «Кримсон Тайд» галстуком.

Он расположился на моей кровати и наблюдал за тем, как я хожу по комнате, расчесывая свои длинные волосы, нанося розовую помаду и надевая длинные серьги.

Собравшись, я подошла к кровати и осторожно залезла на него. Он, не мешкая, взял меня за бедра и посмотрел с такой любовью, что у меня екнуло сердце, в его глазах, точно яркий маяк, светился страх.

– Ты прекрасно выглядишь, детка. Тебе определенно идет беременность.

Я разгладила его багровый галстук.

– Ты тоже замечательно выглядишь.

Он приподнял голову для поцелуя, и я поддалась желанию.

Затем прислонилась своим лбом к его.

– Ты в порядке?

– Буду, когда вечер закончится и мне больше никогда не придется видеть этих людей. Не могу дождаться, когда мы поедем в Бирмингем на Рождество, подальше от их яда.

– Помни, это всего лишь один вечер.