Девушка попыталась рефлекторно отодвинуться от ЭТОГО назад. Но ОНО не желало отставать, мотаясь из стороны в сторону, противно шлепая по голой коже и создавая непередаваемые ощущения. Рвотный позыв удалось остановить с огромным трудом. Всхлипывая и дрожа, принцесса встала на четвереньки, раздвинула ноги и о-очень осторожно, стараясь, чтобы ЭТО не прикасалось к ним, сползла обратно.

Лаура постаралась снова сосредоточиться, чтобы вернуться в исходное состояние, но сил не хватало. Все до последней капельки было потрачено.

Постаравшись успокоиться, она принялась торопливо одеваться. Руки тряслись теперь не понятно от чего: то ли от слабости, то ли от омерзения, то ли от страха пред тем, что за всем этим последует. Сейчас, когда все уже было сделано, пришло понимание ошибочности совершенного.

Эту проблему со свадьбой можно было решить совсем по-другому! Попросить помощи у той же Аши, например, она бы не отказала. И, в конце концов, многие выходят замуж за нелюбимых. И ей ли умной девушке переживать из-за гулящего мужа. Да подумаешь, Кровавый герцог! С ее-то способностями и умениями им вообще можно будет вертеть, как угодно, исподволь заставляя делать то, что ей, жене, нужно.

Надо идти к отцу и во всем признаваться, пока не стало совсем поздно. Он поймет и поможет. Дневная ссора уже забылась, выветрилась из головы, уступив место более важному. Но событиям надоело плестись нога за ногу, и они сорвались в бешеный галоп.

Принцесса уже хотела отодвинуть засов, чтобы осторожно выглянуть в коридор, как в дверь постучали. Сердце бешено ударилось о ребра и забилось где-то в горле. Дикий страх заставил вцепиться в дверную ручку, рук не разжать.

— Лаура, открой дверь, будь добра.

Это отец! Боги, Боги, Боги! Что же делать? Что же делать? Дрожащими непослушными пальцами она кое-как справилась с засовом и на негнущихся ногах сделала шаг назад. Дверь распахнулась, и отец застыл на пороге, видя молодого незнакомого демона. Быстрым взглядом окинул комнату, явно кого-то ища. Снова недоуменно посмотрел на него, ничего не понимая, и сердито сдвинул брови, начиная постепенно заводиться.

— Какого дьявола тебе здесь надо? — Андерс зашел вовнутрь, вынудив принцессу отступить.

— Папа, это я.

Голос ломался от страха. Девушку снова начало трясти, и эта дрожь никак не хотела униматься.

Отец недоуменно оглядел Лауру с ног до головы, начиная понимать, но до конца еще не веря в то, что видел. Схватил за плечо, с силой стиснул, разворачивая к свету. Девушка еле удержалась на ногах. Жесткие пальцы впились в кожу сквозь одежду.

— Мне больно!

Он никогда не причинял ей боль. Никогда! Это не мог быть ее папа! Всегда внимательный, заботливый, любящий. Этот демон с потемневшими от гнева глазами на побелевшем лице не мог быть им!

— Тебе больно? Надо же, — Андерс говорил свистящим шепотом, — Тебе больно, — повторил отец, нехорошо усмехнувшись, — Больно.

Ее Высочеству стало жутко от этого чужого голоса. От неожиданного сильного толчка Лаура чуть не упала, сделала несколько шагов назад и застыла.

— Больно, — снова повторил он, — И как нас теперь зовут?

Имя принцесса выбрала давно, осталось произнести. Но, сказав его вслух, она словно сжигала за собой все мосты, не оставляя шансов на обратную дорогу.

— Как? — отец страшно закричал на нее.

Не ожидавшая этого девушка, вздрогнула всем телом.

— Ласайента.

Этот крик словно вышиб весь страх, введя ее в состояние ступора. Она как будто со стороны видела себя, видела, как отец подошел, схватил за подбородок, резко вздернув его вверх. Это движение крутануло мир вокруг Лауры, снова вернув принцессу обратно в тело. Ее Высочество снизу вверх без эмоций смотрела прямо в бешеные глаза отца и понимала, что это конец. Больше не будет вздорной капризной девушки с синими глазами. Она даже не видела свое новое лицо, и это было очень обидно.

— Значит, ты так решила?

Андерс резко отбросил ее подбородок в сторону, голова мотнулась. Принцессе пришлось взмахнуть руками, чтобы удержать равновесие. Волосы, собранные в тяжелый низкий узел, взлетели веером за спиной.

— Значит, я так решила, — упрямо повторила Лаура его слова, глядя на отца исподлобья и тоже начиная злиться.

Он ударил резко, без замаха, тыльной стороной ладони по лицу. Удар рассек бровь, отбросив Ее Высочество на пол. Кровь залила левый глаз. Мир закружился бешеной каруселью, в голове зазвенели сотни дьявольских колокольчиков.