На этот раз Виктор открыл рот впервые за утро - даже миску с кашей он принимал сегодня без обычного "благодарствую".

– Что - зомби. Вот я сегодня костер. Хотел разжечь. Руку сунул, а оттуда. Вампир. Зубами меня - цап.

Мы с Наташей непонимающе переглянулись, увидев, как он закатывает рукав и демонстрирует какую-то царапину на руке. Народ деликатно молчал. Виктор, показав всем ранку, убрал руку.

– Да, я собирался завтракать, - в ответ на нерасслышанный мной вопрос Сереги ответил он.
– Руку сунул туда...

– Куда же?
– отчаявшись что-либо понять самостоятельно, воскликнула Наташа.

– Там, смотрю. Трещина в земле. А оттуда - глазища. Такие страшные, - без малейших драматических интонаций рассказывал Виктор.
– Я думаю - вот. Добрались до меня, гады. Догнали. Бесы адские. И тут. От них не скрылся. Врешь, думаю. Не уйдешь! Руку сунул, думал - придушу гада. А он меня. За руку - цап. Укусил.

– Так то, наверное, мышь была?
– недоверчиво сказала Наташа.

– Лихорадит теперь, - возразил Виктор, укоризненно посмотрев на нее и приподняв поцарапанную руку.
– Яд, наверное. Бес то был, дьявол.

Мне оставалось только ошарашено смотреть на него. Я искала опровержения его словам в лицах своих друзей - ну ведь это же чистый бред, правда?
– но все они с серьезными рожами уткнулись в чашки и миски. И никто даже не улыбнулся! Тут уже у меня самой крыша поехала. Да, именно с этого момента...

Как мне сказали гораздо позже, "в общении с такими людьми соблюдается определенный этикет: ну несет он что-то, и пусть несет, это его личная разделяемая реальность".

Я тревожно вздрогнула, когда какая-то тень заслонила солнечные лучи, пробивающиеся сквозь ольховый занавес на нашу стоянку. И переполошено оглянулась.

По дорожке в свете яркого послеполуденного солнца приближался Волк в сопровождении своего приятеля. Волк нес в руке котелок. Что-то застучало у меня в груди, быстро-быстро.

Они подошли, и Волк молча повесил котелок на рогульку у костра. Посмотрел на меня. Что-то изменилось за ночь. И во мне самой, и в нем тоже. Очень странно мы друг на друга посмотрели. Наташа с интересом переводила взгляд с одного лица на другое.

– Аня, - медленно проговорил Волк, словно бы преодолевая внутреннее сопротивление или тщательно подбирая слова.
– Поехали мы...
– Оглядел всех, словно бы только увидел.
– Пока, ребята.

Помялся нерешительно, переведя взгляд опять на меня. Внезапно наклонился и быстро вложил мне в руку какой-то предмет.

– Возьми вот, - сказал он, распрямляясь.
– Когда-то его передали мне... Когда-нибудь и тебе скажут кому-то передать.

Я опустила глаза. Это был нож. На вид он был самый обыкновенный, с простой деревянной ручкой и коротким неуклюжим лезвием. У лезвия была только одна необычная особенность - оно было до блеска отполировано, без единой царапинки на поверхности. Словно маленькое зеркальце засверкало в руках.

– А если я не услышу?
– спросила я.

– Когда Хорта говорит, слышно, - заметил он сурово, но глядя на меня при этом странными глазами: словно на чудную птицу, которую надо бы отпустить, а жаль. Он спешил уйти, но не мог. Кажется, он решил, что я ничего не поняла. В действительности, конечно, так оно и было. Но тогда я мнила, что все предельно ясно.

– Я поняла, - серьезно ответила я.

Он обрадовался и торопливо добавил скороговоркой, понизив голос:

– Это - Предмет Силы.

Я кивнула - да, я действительно так и подумала.

Второй парень торопил приятеля. Волк резко отвернулся и пошел. Однако, сделав пару шагов, развернулся и сказал таким тоном, словно с иностранцем объяснялся:

– Это зеркало. Зеркало, понимаешь?
– и сделал такое движение, словно парировал удары шпагой.

Я просияла - ну увидь же, что я все поняла! Он тоже. Повернулся, махнув рукой, и ушел.

Больше я его никогда в жизни не видела.

А нож остался у меня...

Иногда мне начинает казаться, что я его просто придумала...

Ребята ушли. Мы немного помолчали. Я пыталась понять, в чем суть той Силы, что была связана с этим ножом. Народ переваривал услышанное. Первой не выдержала Наташка. Поскольку предметом ее исследований на данный момент состоял Виктор, то она сперва обратилась к нему:

– Что ты обо всем этом думаешь?

Это у нее такая манера людей ковырять - чем живут, как мыслят, кого любят?..

– Ну, что ж, - неторопливо проговорил Виктор, откладывая ложку и вытирая губы рукавом.
– Нашел себе парень девушку - это хорошо...