– А вы что же?

– Я - ничего, такими вещами Тузик занимается. Ну а Тузик мужик простой; он их посла на ковер вызвал и прямо говорит: неправильно мы, по-моему, железо вам продаем. И дерево, и керосин, да и нефть сырая зачем-то вам теперь понадобилась. Вы как платите: половину в империале, а половину в фунте, а нахрена нам, скажите, ваши бумажки, с которыми завтра вообще непонятно что будет? В общем, переходим на расчет в чеканном золоте, а если что не нравится, так Рейху наше железо нужнее... И, знаете, Фигаро - как бабка пошептала... Не перевариваю я этих, из Старой Европы: и лорд-герцог по роду-племени, и костюм на нем, и улыбается, точно ему ниточки ко рту кто привязал, а копнешь чуть глубже - торгаш торгашом, причем не честный купчина, а спекулянт базарный, тьфу...И, главное, верить же ничему нельзя, вот что страшно!
– Фунтик грохнул кулаком по столику.
– Договорились же после войны: по десять паровых дредноутов на рыло! На бумаге записали, с печатями и всем прочим! А эти, из Соединенного, двадцатый достраивают! И что, гады, говорят: мы это на продажу, вы не думайте! Кому продавать удумали?! Рейху? Лютеции?.. Ну ничего, мы в лесах на севере заводики алхимические тоже просто так строим... Будем морилку для тараканов выпускать, хе-хе... По пять галлонов в дальнобойный... Ну, давайте, еще по одной...

– ...оно ведь как получается: загребет какой фабрикант под себя целую провинцию, и вопит: руки, мол, прочь от частной собственности! А сам людям платит... вот не поверите, Фигаро, собак своих лучше содержит. На фабриках чад, смрад, крысы, отрава прямо по полу течет, народ мрет, калечится, а шеф местного профсоюза у жупела этого в кумовьях, а то и вообще брат родной на полном пансионе. А тронь эту скотину, так сразу вой до небес: ущемляют свободного предпринимателя! Рынком аки кобылой правят, диктаторы! Визг даже за океаном. И вот уже у нигилистов откуда-то в карманах зазвенело, у анархистов полный склад английских пулеметов - фея, наверно, наколдовала, а в газетенке типа «Правдивая Правда» какой-нибудь еврейчик с умным лицом расскажет как дважды два, что Фунтик и Тузик - два козла, которые лично всю капусту сожрали и что Королевство, сталбыть, перемен требует... И, главное, с-с-сукин сын, как пишет - зачитаешься! Сам себя удавить хочешь, так складно лопочет!

– И как боретесь?
– Фигаро отхлебнул коньяка и смачно закусил икоркой, блаженно растекаясь по спинке диванчика.

– А как - тут один только способ есть. Берешь такого фабриканта, и каленое железо ему к пяткам. И так три раза в день, пока последний империал из-за границы не выведет. Деньги все - в фабрику, на модернизацию, шефом там - кого работяги сами выберут, но только прямо ему говоришь: воровать будешь сверх положенного - в петлю. Чистка в профсоюзе, жалование поднять, счета в Королевском банке пенсионные открыть, лечить всех за фабричный счет, отпуск, премии, все дела... Так что когда нигилисты чего мутить там начинают, так их сами работяги в болоте топят. Потому как помнят, как оно - за медяк рук да пальцев лишаться... Одно только плохо, - Фунтик вздохнул, - молодежь, один черт, мутит...

– А, кстати, почему?
– спросил следователь.
– Я так понимаю, вы об этих... как их... Ну, которые «вернуть Королевство на рельсы цивилизации» и такое прочее?

– Во-во, - король икнул, - про этих самых... А тут, Фигаро, все просто: поехал такой юнец в Лондон, увидел лорда на керосиновой самоходке и кралю его в шелках, побродил по туристическому району, где даже собаки надушенные бегают и думает - ага! Вот оно как люди жить должны! А не то что у нас - свиньи на улицах да навоз на проспекте. Возьмешь, значит, такого красавца за грудки и рявкнешь: тебе, сын чертов, чего надобно?! Лекаря, который тебя за три медяка на ноги поставит, или немецкие сосиски? Техникум, где тебя, подлеца, за десять империалов в год инженером да алхимиком сделают, или кабриолет золоченый?! Комнату за серебряк в месяц или подштанники с колдовской автосушкой?! А он такой отряхнется, глазки томные сделает и мямлит: «интеллигенция, мон шер, всегда найдет себе дорогу среди быдла-с...» А мужик, что тебе печи чистит? А тот, кто карету твою чинит?! А те, кто канализацию тебе под дом копают - они что, не люди?!
– Фунтик яростно махнул рукой.
– Удавил бы этот цвет нации...

– Ну, не знаю...
– Фигаро почесал нос, - по-моему, немецкие сосиски тоже штука хорошая.

– И сосиски будут, только дайте время... Мы чуть всего Королевства не лишились, когда здесь Мурзик с Фантиком хозяйничали. Половину казны вывезли, твари... Хотя мы с Тузиком, признаться, тоже так начинали. А потом поняли, что если так дальше пойдет - хана Королевству... Ну, украду я миллион, так что я его - в гроб с собой положу? А дети-внуки говорить будут, что Его Величество Фунтик страну прогадил. Хороша, блин, память в веках!

Король в сердцах хлопнул полный стакан не закусывая, и горячо зашептал следователю в ухо.

– Фигаро, вы поймите: они там, - он махнул рукой куда-то в сторону камина, - живут хорошо, это правда. Чистота, красота, полиция... Ух, Фигаро, какая там полиция - нашим жандармам до них как мышам до слонов! У них пушки водяные, дубинки каучуковые, а теперь еще амулеты появились: лупит молнией за пятьдесят шагов, да так, что нарушитель штаны пачкает, пока, скукожившись, на земле валяется... Да только не в том дело. Они там думают, что ежели человек гладко выбрит, красиво одет, а вокруг все сверкает стеклами да зеркалами, то и счастья через край. Да только брехня это все, Фигаро, витрина блестящая. Они думают, что если человека отлакировать, пудрой сахарной присыпать и костюм на него нацепить, так и жизнь у него удалась. А этот «счастливец» только ходит да трясется, чтоб пробор у него не уехал, да манжеты не запачкались, а тут ему: батенька, а что это у вас галстук как у крестьянина? Фи! Тот - за сердце, и ну бежать за приличным галстуком, а тот стоит как пол-коровы. А через месяц вдруг выясняется, что «приличный» - уже другой, в два раза дороже. Тамошние фабриканты с этого живут и жиреют. Не поверите, Фигаро - лично видел миллионера, у которого две мануфактуры и производят они... запонки! За-пон-ки, Фигаро, мамой клянусь! Выпустит сто тыщ запонок с котятами и тащит редактору журнала мод мешок денег, а тот и пишет статью: «в этом сезоне приличные господа носят только запонки с котятами...». А дальше - продавай их хоть по золотому за штуку.

– Ну так сделайте всем золотые запонки, делов-то...

– Балда вы, Фигаро... Если у всех золотые запонки будут, так этот фабрикант по миру пойдет. Не в запонках дело, а в их цене... Это, дьявол забери, гениально: выпускай хлам, назначай ему любую цену и впаривай налево и направо... Да только, чует мое сердце, мы таким макаром лет через сто не бочонки пороховые на Луну запускать будем, а все дружно рюши для перчаток шить...

...Бом-динь-бом! Половина второго ночи.

– ...так вы говорите, драугир... Слыхал я про них... Они, если я правильно помню, действуют через самого человека, так?

– Можно сказать и так. Драугир влияет на жертву через сильные эмоции, отталкиваясь от ее склонностей. Три основных цели: любовь, чувство вины и страх.

– Хм...
– Король задумался.
– Страх - это не про меня. С детства ни черта не боюсь... Любовь?.. Тоже как-то... А вот чувство вины... Грешен, каюсь. И кошмары у меня... можно сказать, государственные. Потому-то и не рассказываю о них много - гостайна, понимаешь.

– Ясно.
– Фигаро выпустил в потолок струйку дыма.
– Ваше Величество, у меня если честно, складывается впечатление... Хм... Разрешите говорить честно?