Дверь, в ожидании Ресана, Венд оставил незапертой. Сейчас воин стоял в дальней части комнаты, разоблачившись по пояс и рассматривая прорехи в рукаве рубашки, оставленные стрелой. Шаги, донесшиеся из коридора, заставили бросить одежду. Мужчина, поморщившись, наклонился и взял в левую руку длинный боевой нож, до того лежавший на кровати. Он ждал одного человека, но услышал шаги нескольких.

Первой внутрь вошла служанка с усталым лицом, молча поставила таз с водой на единственную в комнате тумбу, положила рядом тряпки и так же молча вышла. Следом в дверях появился Ресан, порадовав спутника нездоровой бледностью, покрасневшими припухшими глазами и неловкими движениями избитого человека.

– Что стряслось? – поразился Венд.

– Неприятности, - ответил за парня незнакомый человек, тоже входя внутрь. При виде Венда его глаза чуть расширились, будто узнавая, движение на долю мгновения сбилось.

Воин всмотрелся в лицо человека, пытаясь понять, откуда тот его знает. Память упрямо молчала. Внешностью чужак обладал самой обычной, южнее Радоги так выглядит каждый второй: темно-русые волосы, серые глаза, смуглая скорее от загара, чем от природы кожа, обычное, довольно приятное лицо. Да еще россыпь веснушек на носу. Контрастировало с довольно крестьянской внешностью только обилие оружия. Деревенский парень, подавшийся в наемники и неплохо преуспевший? Не растерявший при этом природного благодушия и еще не получивший коллекцию шрамов?

– Прошу извинить за приход без приглашения, - продолжил незнакомец, останавливаясь у порога.
– Я обещал мальчику проводить его до комнаты, а теперь вижу: помощь может понадобиться не только ему.

Нет, не крестьянин. Или уже очень давно не крестьянин. Говор не тот, обороты речи человека благородного либо привыкшего вращаться среди таких.

– С кем имею честь? – поинтересовался Венд, не торопясь убирать нож.

– Тибор Цинт, - незнакомец склонил голову в приветствии.

– Тарэс? – уточнил Венд, хотя отсутствие приставки ар говорило само за себя.

– Да, - кивнул тот.

– Венд ар-Син, - представился в свою очередь воин. Мотнул головой в сторону юноши, которой остался стоять, устало прислоняясь к стене.
– С ним, как понимаю, вы уже знакомы.

– Не совсем, - ответил Тибор.
– До обмена именами не дошло.

– Тарэс меня спас, - вмешался Ресан, поднимая голову.
– От наемников. Там, внизу…

– Понятно… - протянул Венд, без труда догадавшись об остальном.
– Судя по отсутствию мстителей, кодекс не нарушен?

– Кодекс? – удивленно переспросил Ресан, но мужчины не обратили на его вопрос внимания.

– Все живы, никто не покалечен, - кивнул Тибор.

– Благоразумно, - согласился воин. – Могу ли я как-то отблагодарить вас за спасение моего спутника?

Если Тибор – простой наемник, от материального вознаграждения он не откажется. Но чужак разбил его построения:

– Я не нуждаюсь в деньгах.

Добавил, слегка улыбнувшись:

– У меня сегодня день добрых дел.

– Обет богам? – последнее казалось маловероятным, но каких только обещаний воину не доводилось слышать за свою жизнь. Когда человек оказывается в смертельной опасности, он начинает предлагать богам действительно странные вещи. И, выжив, порой даже выполняет обещания.

Тибор покачал головой:

– Хочется иногда уравновесить грехи, скопившиеся на совести. Что поделать, матушка моя была жрицей.

– Совесть – неудобное имущество для наемника.

– Верно, - согласился чужак.

*****

Ресан с любопытством наблюдал за общением человека, который его спас, и Венда. Боль в животе стала затихать, и интерес к окружающему миру возвратился.

Сейчас Тибор вел себя иначе, чем внизу. Из глаз ушла холодность, из голоса – отстраненность. Прежняя маска угрюмости старила; говорящий легко и дружелюбно, Тибор казался намного младше. Приятнее. Проще. Ну конечно, озарила юношу догадка, ведь там, внизу, сидели наемники, перед ними требовалось держать лицо. Мягкость в их среде не приветствовалась. А на самом деле Тибор именно такой, какой сейчас, - спокойный, доброжелательный. Ресан не отказался бы от такого друга.

Хотя Венд оказался хорошим попутчиком, и с ним было о чем поговорить, разница в возрасте ощущалась. Счастье еще, что воин не имел склонности к чтению нотаций.

– Я смотрю, сегодняшние волнения тебя задели? – продолжил между тем Тибор, кивая на рану Венда. Плоть вокруг деревянного основания стрелы побагровела и распухла, и Ресану не верилось, что мужчина ведет себя так спокойно. Ведь больно же!

– Случайный выстрел, - нехотя ответил Венд.
– Сам видишь, ничего серьезного. Да и вообще на мне все быстро заживает.

– Вы послали за лекарем?

– Скоро должен прийти, - подал голос Ресан. Венда, несмотря на благодарность за спасение юноши, присутствие незнакомца заметно напрягало. Возможно, будучи раненым, он чувствовал свою уязвимость. А вот Ресан предпочел бы, чтобы Тибор не уходил подольше. А то и вовсе – остался с ними. Мало ли, им ведь может оказаться по пути… Мысль споткнулась, когда Ресан с запозданием сообразил: это «по пути» он с Вендом еще не обсудил. И идеями своими, пришедшими за время вынужденного сидения в храме, не поделился.