И Димка с облегчением выбросил порванные листы в мусорное ведро.

А в субботу Зойка собирала вечеринку. Домашнюю. Праздновала день рождения.

Она пригласила все отделение. Семейных позвала даже парами. А когда подошла к Димке, смущенно призналась:

– Мне так у вас тогда понравилось, Дмитрий Вадимович. Такая обстановка теплая, свободно, весело, все свои. До сих пор вспоминаю. Я пока не в своей квартире живу, но мне тоже так хочется, без посторонних. И готовлю я вкусно. Приходите.

– Спасибо, Зоя, - ответил Димка, а сам подумал: "Да у меня как раз половина посторонних и гуляла. И откуда только эти самые свои их привели? Я тоже до сих пор вспоминаю".

Вспоминал Димка часто, но не вечеринку, а то, что было потом. Ведь именно тогда у них с Ленкой все и началось.

Идти не хотелось, но отказаться было неудобно: коллеги могли подумать, что он не хочет с ними общаться в неформальной обстановке.

Зойка снимала двухкомнатную квартиру недалеко от их больницы. Под вечеринку отвела комнату побольше, но уже с порога пахло банкетом: квартира была украшена воздушными шариками и блестящими ленточками серпантин. Зойка расстаралась: посреди комнаты стоял украшенный цветами длинный праздничный стол, который ломился от еды, напитков и фруктов. На тарелках для гостей белоснежными пирамидками возвышались накрахмаленные льняные салфетки, а вдоль стола по самому его центру в ожидании своей очереди выстроились разноцветные свечи в декоративных подсвечниках.

Гости, и в самом деле, были все свои, разве что из семейных пар Димка кое-кого не знал. Но в остальном получилась настоящая корпоративная вечеринка, только по-домашнему. Но совсем не то, что было тогда у Димки. Да и Зойка была полной противоположностью той, которую он увидел у себя. Ну, просто букет из скромности, воспитанности и этикета.

Вообще-то вечер удался. Произносили тосты, пили, закусывали, танцевали и наперебой рассказывали медицинские анекдоты и курьезные случаи из своей врачебной практики. Короче, веселились.

Но Димка скучал. Ему даже взгрустнулось. Он опять вспомнил свою вечеринку

и, конечно, Ленку. И образ ее уже неотвязно находился рядом, что бы он ни делал.

Когда гостей опять потянуло на танцы, Димка почти демонстративно уединился, взяв в руки какой-то журнал, и с самым серьезным видом стал его изучать. Он листал его до самой чайной церемонии, до чая с тортом, испеченным самой Зойкой. Это был знак, что вечеринка подходит к концу. А когда приглашенные стали постепенно расходиться, Димка даже испытал чувство облегчения.

Провожая гостей, Зойка с милой улыбкой подносила каждому на посошок шампанское. Предложила и Димке наполненный шампанским фужер, предлагая чокнуться с ней. Он еще раз поздравил Зойку с днем рожденья, чокнулся с ее бокалом и выпил.

Проснулся Димка под утро. Голова была тяжелой. Он даже не сразу сообразил, что находится в Зойкиной постели и совершенной голый. Зойка спала рядом.

От неожиданности Димка резко сел и обхватил голову руками. Он был в ужасе.

"Что вчера произошло? Как я здесь оказался? Есть ли этому хоть какое-то объяснение? Не от холода же я сюда залез", - завертелись в голове панические мысли. Он поспешно вскочил и стал лихорадочно одеваться.

– Ты уже проснулся?
– вдруг сонно спросила Зойка.
– Еще рано. Да и выходной. Можно подольше поспать.

– Мы что, были вместе?
– хмуро спросил Димка, дрожащими руками застегивая пуговицы на рубашке.

– Странно, - оскорбилась Зойка. - Ты разве не помнишь? А вчера совсем другим был, такой... Я даже не устояла.

– Я что, напился? Мне казалось...

– Так. По пьянке, значит? А я-то подумала... Это что у вас, у мужиков, принято так, говорить потом, что пьян, мол, был, ничего не помню? Я ведь не шлюха какая-то, чтобы со мной так обращаться, - повела атаку Зойка.

– Зоя, извините, но я и вправду ничего не помню. Сам никак не пойму, что это такое со мной случилось. Никогда не бывало ничего подобного. Я и выпил-то совсем чуть-чуть.

– Да ладно, - смилостивилась Зойка, - чего уж там. Я не в претензии.

– Нет, в самом деле, простите меня. Может, со здоровьем что-то? Голова до сих пор словно не моя. А может, шампанское повлияло?

– Бросьте, Дмитрий Вадимович, - перешла вдруг на "вы" Зойка, выбравшись из постели и стыдливо заворачиваясь в халат, - хватит извиняться, вы ни в чем не виноваты. Вы же не насильничали. Все было по обоюдному желанию. И, в конце концов, мы же не старшеклассники какие-то, мы взрослые люди. Не стоит воспринимать так трагически мимолетный секс. А я обещаю вам, что на нашей работе это никак не отразится. Хотите, я вам чай заварю?