– Не очень-то хочется ворошить это дело. Тогда многие по шапке получили за нарушение техники безопасности, в том числе и я за то, что не уследил...

После разговора с Ланским Гордей обосновался в цирковом баре, заказал себе кофе и принялся анализировать услышанное. По словам директора, после падения Эльвиры Мелешко завели уголовное дело по статье о нарушении правил безопасности, был суд, инженера по технике безопасности на три года лишили права занимать эту должность, - благо, обошлось без смертей, а то могли бы и посадить. Инспектора манежа и самого Ланского оштрафовали и чуть не уволили. Пресса пошумела и успокоилась. Стелла Яровенко, ассистентка в номере Клима и Эльвиры, отделалась испугом. Клима Резанова к ответственности не привлекали, - несчастье случилось во время работы на цирковом оборудовании, за состояние которого отвечали другие люди. Но коллеги винили в произошедшем именно Резанова, и вскоре после той истории он ушел из цирка. Кстати, ни главный инженер, ни инспектор манежа вины не признали, уверяя, что необходимые проверки проводились регулярно.

"Стелла Яровенко, Клим Резанов, - Гордей набрасывал список тех, с кем нужно побеседовать об этом деле, - по возможности - сама Эльвира Мелешко... Ну, и Дамир".

– Ты же не отвяжешься, верно?
– сдался Дамир, когда Гордей отловил его после репетиции.
– Пойдем ко мне в гримерку, здесь нам не дадут спокойно поговорить.

В гримерке Дамира Гордею бросилась в глаза прикрепленная к стене возле зеркала большая фотография темноволосой девушки. Не красавица, черты немного неправильные - рот великоват, скулы широковаты, но было в ее лице что-то, из-за чего на него хотелось смотреть и смотреть...

– Это Эля, - кивнул Дамир на фото.
– Мы с Климом - оба из цирковых династий, вместе учились в цирковом училище, работали в одной программе в Харьковском цирке, там и познакомились с Элей. Она пришла из спорта, ей предложили заменить артистку группового номера, которая травмировалась. Эля за два месяца тренировок так вошла в номер, как будто всю жизнь в нем работала. Хорошая спортивная подготовка, отличная координация, с партнерами по номеру быстро нашла общий язык. Клим влюбился.

– Ну, да, да, и я тоже!
– перехватив взгляд Гордея, с грустной улыбкой признался Дамир.
– Она поначалу к нам обоим одинаково относилась. А потом... У Клима в то время уже была мечта сделать парный номер - ремни. Он предложил Эльвире стать его партнершей, она согласилась, начали репетировать. У них сразу все стало ладиться. Оба талантливы, нашли хорошего режиссера и за год сделали номер - красивый, эффектный, технически очень сложный. И назвали его красиво - "Элегия". И все получалось - до того момента, пока Эля не...

– Ты тоже, как и Патиссон, думаешь, что это был не несчастный случай?

– А Патиссон разве так думает? По-моему, он этого не говорил. Я одно знаю: оборудование перед репетицией или выступлением нужно тщательно проверять, я, например, всегда проверяю.

– А Клим?

– Об этом надо спрашивать у Клима. Кстати, в Цирке дю Солей оборудование тоже ломается, но там каждый артист и сотрудник подписывает соглашение о конфиденциальности, плюс в случае травмы получает большую страховку, поэтому и не распространяется на эту тему... Ну что, помог я тебе? Если еще вопросы возникнут, или что-то нужно будет, - можешь на меня рассчитывать.

Обменявшись с Дамиром крепким рукопожатием, Гордей направился к выходу из цирка. Вытащил телефон.

– Алиска, ты еще в редакции? Дождешься меня?

Столы Гордея и Алисы в ньюзруме стояли рядом, и они часто делились друг с другом впечатлениями и обсуждали темы, которыми каждый из них занимался. Когда долго над чем-то работаешь, глаз замыливается, - и тут очень может пригодиться свежий взгляд и совет коллеги. Особенно если коллега обладает живым умом, способностью сходу схватывать суть, чувством юмора, а также - зелеными глазами, очаровательным носиком и точеной фигуркой.

– Нюхом чую - здесь что-то не так, какая-то загадка! Если я ее не разгадаю, какой же я специалист по тайнам закулисья!?
– подытожил Гордей, рассказав Алисе, чем он сегодня занимался.
– У меня чуйка, понимаешь?

– Понимаю, у тебя чуйка, - зеленые глаза лучились смехом.

– А если серьезно, что ты об этом скажешь?

– Ну-у-у... Фильм "Ищите женщину" с Софико Чиаурели смотрел? Старый, но мне очень нравится.

– По-твоему, Эльвире могла желать зла какая-то женщина?

– А по-твоему, такой вариант напрочь исключен?

– Да нет, конечно. Тем более что я и сам собирался поговорить с одной дамочкой. Которая, как мне кажется, имела к этому делу самое прямое отношение, тем не менее вышла сухой из воды...

***

– Назовите хотя бы одну причину, по которой я должна говорить с вами об этом!
– Стелла, бывшая ассистентка в номере Клима и Эльвиры, сделала глоток кофе, поморщилась и подняла на Гордея усталые глаза.

Приблизительно такой реакции он и ожидал. Поэтому, прежде чем сунуться к Стелле с расспросами, навел о ней некоторые справки и кое с кем поговорил. А кто расскажет о молодой красивой женщине больше интересного, чем другая молодая женщина? Дрессировщицу Лену долго упрашивать не пришлось, достаточно было намекнуть, что в своем небольшом журналистском расследовании Гордей оч-чень рассчитывает на ее помощь. Оказалось, к тому же, что Лена и Стелла раньше дружили. "Ну, не то чтобы дружили, - повела плечиком Лена, - так, общались..." Так или иначе, но Лена знала, что Стелла неровно дышала к Дамиру и мечтала стать его партнершей. А Дамир был без ума от Эльвиры. "Завидовала ли Стелла Эле? Ревновала ли к ней Дамира? Прямо она об этом не говорила, - с видом многоопытной сердцеедки рассуждала Лена.
– Она вообще сдержанная и скрытная, плакаться в жилетку не в ее манере. Но я-то видела, что она и завидовала, и ревновала, и мучилась..."

Зависть и ревность - страшная движущая сила, особенно для людей творческих. Если присовокупить к этому то, что Стелла имела непосредственный доступ к лебедке, с которой сорвалась Эльвира...

Гордей договорился со Стеллой об интервью, которое предложил провести в уютном кафе рядом с цирком. Накануне встречи он посмотрел представление с ее участием. Теперь Стелла работала в жанре иллюзии, - ее позвал в номер старый знакомый, чья партнерша ушла в декретный отпуск. Номер действительно впечатлял. Иллюзионист усадил Стеллу в специальное кресло, эффектно надел ей на голову коробку, с помощью сабли и какой-то дощечки "отделил" коробку с головой от тела, перенес ее на другой столик и продемонстрировал улыбающуюся голову потрясенной публике. Затем приставил коробку обратно к телу, которое все это время преспокойно сидело в кресле, еще и шевелило руками, - и Стелла соскочила с кресла и сделала сальто, взмахнув огненным веером модной стрижки. Зрители без устали ахали и аплодировали. Все действо происходило под любимую Гордеем "Пляску смерти" Сен-Санса.