— Ногицунэ по последним известиям от наших союзников неподалёку отсюда был замечен в ночном клубе на Ховард-авеню 390, — я распахиваю двери своей спальни, заходя внутрь. Хватаю свою небольшую белую сумочку, закидываю внутрь телефон и наушники. Джейн топчется на пороге комнаты, неуверенно переминаясь с ноги на ногу:

— Так и будешь игнорировать меня или прислушаешься к голосу разума? — молчу, выталкивая девушку из комнаты и закрывая ту на вставленный в замок изнутри ключ. Спокойно закидываю его в сумку, в лишний раз дёргая ручку. Заперто.

— Эмили, ты поклялась в верности Конклаву, а в этом случае лучше не рисковать, постоянно полагаясь лишь на собственное мнение и споря с непосредственным представителем сумеречных охотников, — молчу, даже не глядя в её сторону. Гордо направляюсь к выходу из этого здания, пока Уайт всё ещё бежит сбоку.

— Ну подумай же ты наконец, Эмили! — вскрикивает, хватая меня за плече уже прямо перед дверями на выход. — Тебя могут посадить только за непослушание или препятствие планам Конклава, а оно тебе больно надо?

Поднимаю взгляд прищуренных глаз на девушку, тихо спрашивая:

— Вы все так уверены в собственной правоте, что предпочитаете даже не считаться с жителями нижнего мира? — открываю двери, случайно сталкиваясь с парнем азиатской внешности в пёстром наряде.

— Извините, сегодня я совсем ничего не замечаю, — поднимает на меня взгляд прищуренных, похожих на котячьи, глаз. — О, простите, мы не знакомы, — учтиво протягивает руку. — Магнус Бейн, верховный маг Бруклина.

— Эмили Филлипс, приезжий вампир, которой сейчас пытается нагло воспользоваться род сумеречных охотников, — обиженно киваю на Джейн, которая замирает, тяжело вздыхая. — Разрешите? — учтиво спрашиваю у мага, пытаясь протиснуться мимо него на улицу.

— Конечно, извините, — парень отходит в сторону, давая мне пройти. Я бегом спускаюсь по небольшой лестнице, напоследок оборачиваясь. Замечаю появившегося в дверях озадаченного Алека, к которому сразу же, словно любимый кот, подскакивает Магнус и нежно целует в губы. Я лишь чуть склоняю голову набок, слыша вопрос Лайтвуда:

— Ты куда?

— Гулять, — смело отвечаю то же, что и Джейн, уже направляясь к дороге.

Я ловлю такси, усаживаясь на переднее сидение. Прошу отвезти меня в ближайшее кафе, что знает таксист. Приятный мужчина примерно возраста моих родителей мило улыбается, уверяя меня, что там, куда он меня везёт, лучший кофе во всём Бруклине. Я также растягиваю рот в лживой улыбке, говоря, что это будет отличным началом дня.

Последующие двадцать минут мы петляем по улицам Бруклина, а я слушаю его долгую болтовню об различных кафе, ресторанах и местах, где продаётся любая еда. Как я понимаю чуть позже, самым любимым местом для отдыха от работы у него оказывается именно это кафе, куда он меня и привозит.

Я оставляю мужчине 25 долларов, выходя наружу. На улице уже стоит невыносимая жара, а солнце печёт мою макушку. Я прохожу внутрь небольшого кафе, наконец расслабляясь.

В конце зала включён кондиционер, поэтому здесь сравнительно прохладно. Я подхожу к стойке, обращаясь к парню-баристе чуть старше меня:

— У вас есть Фраппе?

— Да, естественно, — с улыбкой отвечает, протирая полотенцем стакан.

— Можно мне один и шоколадный маффин? — спрашиваю, глядя на меню, что написано на доске на стене.

— Конечно, — вбивает это в аппарат, уже доставая с витрины мне маффин на блюдечке и начиная делать кофе. — С вас семь с половиной долларов, — открываю свой объёмистый кошелёк, доставая десятку и оставляя её на прилавке. Сама неуверенно стою рядом, переминаясь с ноги на ногу. Парень быстро протягивает мне сдачу, продолжая делать Фраппе. Я кладу монеты в карман джинсов, уже беря в одну руку тарелку с маффином. Спустя минуту он ставит передо мной большой стакан с кофе, уже насыпая сверху шоколад.

— А разве это не платная услуга? — спрашиваю нервно, уже засовывая руку в карман джинсов и нащупывая монету эквивалентом в один доллар.

— За счёт заведения, — брюнет игриво подмигивает мне, уже втыкая трубочку. Я благодарю парня, забирая стакан. Аккуратно иду практически в конец зала, садясь на мягкий диванчик. Столики здесь одинакового размера примерно по четыре места каждый. Я сажусь у окна, уже доставая телефон из сумочки и подключаясь к местному интернету.

По прошествию трёх часов я понимаю, что совсем не хочу никуда идти. Поэтому чисто из приличия прошу парня за стойкой сделать мне шоколадный шейк и спокойно всучиваю ему вместо нужных трёх пятёрку, говоря, чтобы сдачу даже не давал. Он, конечно, жутко препирается, но я даже перехожу черту, уже заставляя его оставить себе два несчастных доллара.

Я тщательно вычитываю все новости последнего месяца, пытаясь наверстать упущенное. И кроме нападений «животных» и странного поведения наших братьев меньших ничего удивительного не случалось?

Порядком разочарованная, я втыкаю наушники в разъем, включая себе какую-то первую попавшуюся комедия. За её просмотром я провожу ещё битые полтора часа под внимательным взглядом баристы. Когда фильм заканчивается, я поудобнее устраиваюсь у себя в уголке, глядя на проходящих мимо людей.

Мимо несутся занятые люди, ведь сегодня практически середина недели — вторник. Часы, что висят на стене напротив, показывают шесть часов вечера, когда я прошу баристу налить мне что-то покрепче. Спустя пять минут передо мной ставят Ирландский кофе, а я уверенно протягиваю парню десятку, в то время как он хмурится: